— Ты только осторожнее на "охоте', — предупредила Гладышева. — А то ведь и затоптать могут.

— Ничего, Анна Юльевна! У меня ручной «зоопарк» есть!

— Родион… Кажется, я начинаю за тебя волноваться. Не слишком ли ты самоуверен?

— Всё будет хорошо, коллега! Вы давайте быстрее поправляйтесь. Нас ждут великие дела!

План в голове созрел быстро. Сразу же после выходных я передал через Дарью для её отца, князя Аничкова, письмо с просьбой о помощи и с описанием всех подробностей предстоящего действа. Со вторым участником, князем Хаванским, связался через Беду, не решившись воспользоваться услугами Романа.

Влиятельные мужчины с пониманием отнеслись к моей просьбе, поэтому я не стал откладывать дело в долгий ящик. И «война с элитой» потрясла академические стены! Первым, по приказу отца, устроил бардак на уроке Роман Хаванский, по удачному стечению обстоятельств находившийся в своём вменяемом облике. Прямо на лекции он послал меня на три буквы и попытался устроить потасовку. За что был пинком выдворен из аудитории.

Далее досталось самой Дарье. Она якобы не выучила урок и получила «неуд».

— Родион, — скривившись, заявила мне девушка прямо у доски. — А я думала, что ты мне если не друг, то хотя бы приятель.

— Сейчас я учитель.

— Ты никто! Простой зазнавшийся ученичок, возомнивший себя невесть чем! Забыл, с кем разговариваешь⁈ С княжной!

— Плевать, кто вы. Оставьте, студентка Аничкова, свой титул за дверью. Без этого можете мои занятия не посещать.

— С превеликим удовольствием освобожу своё время от общения с зарвавшимся недоучкой, играющим в профессора! Прощай, Родя!

После этого Даша гордо вышла из класса, демонстративно хлопнув дверью так, что она чуть с петель не слетела. Шикарно отыграла свою роль! Даже я чуть было не поверил, что моя подруга находится в бешенстве.

Высокородные папаши не заставили себя долго ждать. Первым кинулся на защиту доченьки князь Аничков. Уже на следующий день меня прямо с урока вызвали в кабинет ректора. Всем студентам стало понятно, чем вызвано такое неожиданное приглашение.

Академик Горенёв был не один. Напротив него сидел Аничков, пышущий праведным гневом. Далее свершившееся жёсткое словесное противостояние между князем и новым преподавателем повергло в шок ректора, не знающего истинной причины происходящего. В ещё больший шок его поверг тот факт, что через полчаса знатной ругани целый князь отступил, признав правоту какого-то недоделанного барончика Булатова.

Уже на ближайшей лекции кафедры Лингвистов Дарья встала и от своего имени, а также от имени отца официально попросила прощения за своё неподобающее поведение, пообещав, что впредь подобного безобразия не повторится. Естественно, я Аничковых «милостиво простил». От такой сцены студенты сильно охренели. Впервые подобное происходило на их глазах.

Князь Хаванский пошёл ещё дальше. Видимо, в нём жил не только известный на всю Империю финансист, но и дремал непризнанный актёр. Ярослав Олегович влетел прямо на занятия, которые в тот день я проводил у боевой кафедры.

— Ты Булатов?

— Я. Но это не даёт вам права без разрешения входить в аудиторию.

— Я князь Хаванский, щенок! И буду там, где посчитаю нужным!

— Тогда посчитайте себя нужным в ином месте. А то ведь охрану вызову, — принял я правила игры.

— Тебе не охрана, а отпевание понадобится!

Совсем разошедшийся князь схватил меня за грудки и попытался… Впрочем, было неважно, что он пытался сделать. Войдя в ускорение, я быстро освободился от захвата и очень невежливо отпихнул незваного гостя в сторону двери. Тот тоже моментально вошёл в ускорение.