— Доброе, Кацу, — голос стал ровным, но я всё равно уловил в нём лёгкую дрожь. — То, что было… это ничего не меняет.

— Естественно, — я широко улыбнулся. — Я всё тот же твой гениальный рекламщик и сценарист, а ты — всё та же прекрасная императрица драконов, которая вчера чуть не спалила наш офис дотла. Всё как обычно.

Она метнула в меня укоризненный взгляд, но в уголках её губ всё же промелькнула тень улыбки.

— Мы должны… и это тоже сохранить это в секрете, — твёрдо произнесла она. — Ты же понимаешь, какие будут слухи.

— О, не беспокойся. «Могила» — моё второе имя, — я подмигнул ей. — А теперь, если позволишь, я организую нам нормальный кофе.

* * *

Жизнь в компании уже била ключом. Кохаку с воинственным видом колотила по клавиатуре — видимо, уничтожала очередного сексиста в Сети. Сэдэо уплетал второй круассан. Вчерашний успех всё ещё витал в воздухе. Все были на взводе, полны энергии. Я ловил на себе их взгляды — любопытные, восхищённые, некоторые — завистливые. Слава — приятная штука, но у неё есть побочный эффект: ты становишься слишком заметным.

И кое-кто был особенно наблюдательным.

— Кацу, — раздался за спиной тихий и холодный голос.

Я обернулся. Чоу. Стоит, скрестив руки на груди, и сверлит меня взглядом. Её глаза прошлись по мне с головы до ног, задержались на мятом пиджаке и, кажется, даже заметили микроскопическое пятнышко от помады на воротнике, которое я сам не увидел.

— Вижу, ночка выдалась напряжённой, — в её голосе не было и капли сочувствия, только концентрированный сарказм. — Надеюсь, ты хорошо отдохнул. Йоко уже ждёт у себя. Ей нужен кофе. Двойной эспрессо. Без сахара.

Чёрт, точно, кофе!

Я отчётливо увидел, как её тёмно-оранжевая аура полыхнула ревностью. Она знала. Ну, или догадывалась. Эта женщина была слишком умна, чтобы не сложить два и два. Что ж, тем интереснее будет игра.

— Уже бегу, Ягами-сан, — я улыбнулся ей своей самой невинной и обезоруживающей улыбкой. — Для нашей королевы — всё что угодно.

* * *

Позже, когда офисная суета немного улеглась, ко мне подошёл Рио.

— Можно тебя на пару слов? — он отвёл меня в сторону, подальше от любопытных ушей. — Кацу, я ещё раз поздравляю. То, что ты вчера провернул, — это высший пилотаж. Но…

Он замолчал, подбирая слова.

— Но чем выше забираешься, тем больнее падать. И тем больше желающих тебе в этом помочь. В нашем мире друзья и враги меняются местами быстрее, чем перчатки.

Я серьёзно кивнул, изображая глубокую задумчивость. Рио, конечно, был прав. Я и сам это прекрасно понимал. Вот только он не догадывался, что для меня интриги и ножи в спину — это не опасность, а привычная среда обитания. Я в этом вырос.

Весь оставшийся день я чувствовал себя странно. С одной стороны, я холодно анализировал ситуацию, просчитывал ходы и наслаждался обретённой властью. А с другой… вспоминал тепло Йоко, её беззащитное лицо во сне и ощущал что-то похожее на привязанность. Потом он вспоминал пронзительный взгляд Чоу и чувствовал укол вины. А затем в памяти всплывал образ Юко, её грустные глаза, и сердце тупо ныло от какой-то непонятной тоски.

Знаете, управлять легионами грешников в Аду было в тысячу раз проще. Там всё было понятно: есть ты, есть они, есть боль и страдания. А здесь… здесь всё запуталось в какой-то липкий, эмоциональный клубок. И я, кажется, сам в нём основательно увяз.

* * *

Где-то в самых недрах корпорации «Кимура», в кабинете, где царил вечный полумрак, лысый мужчина стоял у панорамного окна.