— Он становится всё интереснее, — раздался из тени тихий, но пронзительный женский голос.

Из полумрака выступила стройная женщина. Её лица не было видно, но алые глаза горели во мраке двумя живыми угольками.

Кимура медленно обернулся.

— Он справился. И сгенерировал мощнейший всплеск канжо. Вся страна сопереживала этой Йоко, выливая вёдра слёз.

— Дело не в количестве, Кимура, — Госпожа плавно подошла к нему, её движения были хищными и грациозными. — Этот твой новый любимчик… он генерирует канжо совершенно иного качества. Обычные эмоции — это фастфуд. Быстро, сытно, но безвкусно. А то, что создаёт он… это изысканный деликатес. Он плетёт вокруг себя сложную паутину из привязанности, ревности, долга, страсти… Это куда более… питательная энергия.

Она провела длинным пальцем по стеклу, оставляя на нём тонкий морозный узор.

— Продолжай наблюдать за ним. Мне кажется, эта игрушка может оказаться гораздо полезнее, чем мы думали. Главное, чтобы она не сломалась раньше времени. И не попала в чужие руки.

Глава 18

В воздухе нашей конторы «Кимура» висело что-то тяжёлое. Знаете, как бывает перед сильной грозой, когда дышать трудно, а на коже чувствуешь лёгкое покалывание? Вот-вот шарахнет. До начала съёмок нашего главного проекта, «Потерянной Империи», оставались какие-то жалкие часы, и этот нервяк, кажется, просочился даже в стены и дешёвый офисный ковролин.

Конечно же, главным источником этой бури был кабинет Йоко. Я решил заглянуть к ней, сделав вид, что мне нужно уточнить какую-то ерунду в сценарии. Наша прекрасная поп-дива нарезала круги по своему шикарному кабинету. Настоящая тигрица в клетке. Понимаю. Для неё это шанс вернуться на трон после всех скандалов и унижений. А ведь на пятки наступают более молодые и смелые конкурентки.

Рядом сидела Чоу. Она изо всех сил старалась выглядеть спокойной, но получалось так себе.

— Ты уверена, что пиротехники всё поняли? — бросила Йоко, не глядя на подругу. — Мне нужен красивый взрыв, а не настоящий пожар на площадке!

— Я лично им три раза всё объяснила, — монотонно ответила Чоу, листая что-то в планшете. — Если они что-то напутают, я лично скормлю им огнетушители.

— А пресса? Пресс-релизы готовы на случай… всякого?

— Готовы три папки. «Оглушительный успех», «Скромный, но уверенный старт» и «Мы всё провалили, но это такой хитрый пиар-ход».

Я не сдержал смешка, прислонившись к дверному косяку. Чоу метнула в меня взгляд, который без слов говорил: «Ещё одна шуточка, и твои рыжие волосы окажутся в мусорной корзине». Я лишь изобразил самую невинную улыбку. Ох, как же я обожал это всё. Человеческий страх, смешанный с отчаянной надеждой на успех — это самый вкусный коктейль.

На их фоне я, наверное, выглядел до смешного спокойно. Моя огненная шевелюра была единственным ярким пятном в этом царстве серых лиц и нервных движений. Внутри меня всё гудело от предвкушения.

Вернувшись в отдел, который я прозвал «творческим террариумом», я увидел привычную картину. Рио с лицом великомученика пил, кажется, уже шестую чашку кофе за утро. Бедняга.

— Кацу, глянь, — он протянул мне листок с текстом. — Вот этот диалог. Не слишком пафосно?

Я пробежался глазами по строчкам.

— Рио, послушай. У нас главный герой — древний император, который потерял всё. Он не может говорить, как продавец из круглосуточного магазина. Пафос — это именно то, что им нужно. Люди хотят сказку, а не свои серые будни на экране. Оставляем.

Банко фыркнула, не отрываясь от ноутбука.