Банко фыркнула, не отрываясь от ноутбука.

— Правильно. Пусть красиво страдает. Публика обожает, когда красавчики красиво страдают. Особенно если у них есть кубики на прессе.

— Это сексизм! — тут же вскинулась Кохаку. — Почему сразу кубики? У главной героини тоже есть… э-э-э… сильный характер!

— И шикарная грудь, — прошептал Сэдэо и тут же залился краской под испепеляющим взглядом Кохаку.

Я усмехнулся. Обожаю эту команду. Сборище психов, но все вместе — идеальный механизм. Механизм для производства эмоций. И денег, само собой.

В коридоре я нос к носу столкнулся с братьями Бару. Саракэ тут же растянул губы в своей фирменной голливудской улыбке.

— Кацу! Как настроение? Боевое? Выглядите так, будто не сериал запускаете, а как минимум мир захватывать собрались.

— А разве это не одно и то же? — пожал я плечами.

Нооро лишь коротко кивнул, но в его ауре я уловил живой интерес. Эти двое были не так просты. Они тоже чуяли, что ставки в этой игре куда выше, чем просто рейтинги и сборы.

Мимо проскользнула и Акира Танака. Она улыбнулась мне — всего на секунду, но так пронзительно, что по спине пробежал холодок. Будто она заглянула мне прямо в душу и увидела там нечто, чего видеть не должна. Определённо, с ней всё не так просто.

* * *

Съёмочная площадка до рассвета — то ещё местечко. Представьте себе гигантский муравейник, который кто-то пнул, и теперь все его обитатели в панике носятся туда-сюда, пытаясь сделать вид, что знают, что делают. И всё это происходит, когда нормальные люди ещё обнимают подушку.

Наши декорации «Потерянной Империи» выглядели впечатляюще, не поспоришь. Мы отгрохали целый кусок древнего города. Громадная площадь, вымощенная искусственным камнем, который на вид был старше некоторых моих бывших приспешников в Дзигоку. Колонны, теряющиеся в предрассветной мгле, стены, покрытые барельефами с драконами и прочей мифической живностью. Выглядело так правдоподобно, что я на секунду почти почувствовал себя дома. Ну, почти. Не хватало криков грешников и запаха серы.

Йоко и Чоу приехали одними из первых. Обе, как всегда, с иголочки, будто только что с обложки модного журнала, но в глазах плескался тихий ужас. Йоко лично обходила владения, трогала каждую колонну, щупала костюмы статистов. Чоу семенила следом с планшетом. Да уж, эти двое поставили на этот сериал всё, включая последние нервные клетки.

Рио, само собой, уже был на месте. Наш главный страдалец и по совместительству единственный адекватный человек. Он стоял в самом центре этого хаоса, раздавал указания, решал какие-то проблемы на ходу, и делал это с таким видом, будто не сериал снимает, а спасает мир от вторжения инопланетян.

Ну а потом появился я, когда солнце только начало лениво подкрашивать небо в розовые тона. Моя огненная шевелюра, должно быть, смотрелась ярким пятном на фоне этой серой утренней суеты. Я не спешил. Просто шёл, вдыхал этот наэлектризованный воздух и чувствовал, как внутри всё гудит от предвкушения.

— Кацу! Дружище! Ты здесь!

Ко мне подлетел натуральный ураган в человеческом обличье. Этим ураганом был Чак Драйдер. Высоченный, подкачанный мужик с короткой седеющей шевелюрой и глазами, в которых полыхал огонь чистого безумия. Чак был не человеком, а ходячим сгустком энергии и хаоса. Он метался по площадке, орал, размахивал руками и умудрялся одним своим видом заставлять всех работать вдвое быстрее.

— Кацу, у меня гигантская проблема! — проорал он мне прямо в ухо, тыча в лицо сценарием. — Сцена с драконом! Диалог! Он звучит как полная чушь!

Ну вот, опять переписывать диалоги…

Я взял у него из рук листки. Так, посмотрим. Дракон там изрекал что-то пафосное в духе: «Я сотру тебя в порошок, жалкий человечишка!».