— Как его зовут?

— Капитан Эрнесто Вальдес.

Будто услышав своё имя, кубинец поднял голову. Быков подозвал его и представил нас. Вальдес пожал мне руку осторожно, заметив раненое плечо. Потом сказал несколько фраз на ломанном русском.

— Рад, что дождался, — С трудом разобрал я. — Далеко ли преследователи?

— Мы устроили засаду примерно в двух километрах отсюда. Передовую группу потрепали сильно, но основные силы уже должны были подойти. По нашему следу шли южноафриканцы, возможно, из «Буффало». УНИТА тоже стягивает сюда подразделения.

Вальдес внимательно выслушал меня, уточнил численность и направление движения противника, затем сразу повернулся к своим. Команды последовали одна за другой. Кубинцы начали перестраивать оборону. Два бойца с ручным пулемётом ушли к южной оконечности гривы. Гранатомётчик занял позицию у сухого дерева, откуда просматривался проход через тростник. Ещё трое выдвинулись в пойму и начали устанавливать мины на нашем следе. Один протянул тонкую проволоку между корнями, второй замаскировал заряд под слоем грязи, третий прикрывал их работу.

Остальные готовили отход. Боеприпасы распределяли по людям, разворачивали носилки для Богдана, начали собирать разложенные в укрытии пожитки. Вальдес на карте показал мне основной маршрут к линии фронта и два запасных. Судя по направлению, он собирался вести нас не к ближайшему броду, где противник наверняка выставил заслон, а значительно восточнее, через заболоченное русло, которое считалось почти непроходимым.

— Они что, днём собрались уходить? — спросил я Игоря, не отрывая взгляда от засуетившихся кубинцев.

— Вальдес хочет встретить головную группу на минах, ударить из пулемётов и гранатомётов, а потом оставить заслон и вывести нас. Сами они будут ждать до вечера и уйдут по темноте. Если противник больше не полезет, уйдут сразу после заката. Говорит, что их на реке готова встретить и прикрыть бронегруппа на БРДМ и ПТ.

— Они значить ночью под прикрытием брони, а мы днём своим ходом? — Усмехнулся я — Ладно, только вот с ранеными быстро не получится.

— Для Богдана собирают носилки. Тебя и Али тоже разгрузят. Сопровождающие кубинцы возьмут часть нашего снаряжения.

— Я своё сам понесу.

Санинструктор, будто понял смысл моих слов, ткнул меня пальцем в грудь и что-то коротко сказал. Игорь усмехнулся.

— Он сказал, что ты понесёшь только автомат. И то если будешь хорошо себя вести.

— Да вот хрен ему — Упрямо стиснул я зубы — У меня с собой документы, карта, шифроблокнот и дипломат. Их я никому не отдам, пока мы не окажемся в штабе.

— Что в дипломате? — спросил Игорь.

— Доллары и необработанные алмазы.

Он несколько секунд молча смотрел на меня.

— Вы что там, банк ограбили?

— Почти. Потом расскажу.

— Сколько денег?

— Не считал. Много.

— Теперь понятно, почему за вами половину УНИТА подняли.

— Не только поэтому. Мы ещё их бригадейру убили, несколько не простых европейцев положили, судя по всему работающих на правительства ЮАР, и вертолёт сбили. Ещё два джипа с крупняком в минус, и самолет. Как-то так.

Быков медленно покачал головой.

— Я вас всего на несколько суток оставил.

— Мы старались не скучать.

Санинструктор закончил перевязку и ввёл мне обезболивающее. Почти сразу боль в плече стала терпимее, зато навалилась слабость. Пока приходилось двигаться, стрелять и принимать решения, организм ещё держался. Теперь, когда рядом появились свежие бойцы и можно было хотя бы ненадолго перестать ждать выстрела из каждого куста, силы начали уходить стремительно.