– Понимаешь, меня беспокоили бумаги, – сказал Кэри. – Выбраться из России несложно, но не с бумагами Мейрика. Когда я заговорил с копом о фабрике, у меня возникла идея. Сегодня утром я видел в офисе синьки рабочих чертежей – те самые синьки.

Армстронг выровнял тачку.

– Будем надеяться, ваша идея сработает. Через пять минут мы будем на пограничном пункте.

– Помни о том, что ты не знаешь ни слова по‑русски, – предупредил Кэри. – Для финна твоего статуса знание русского языка нехарактерно.

– К тому же я не знаю ни слова по‑фински, – заметил Армстронг. – А это уже чертовски нехарактерно.

– Тогда держи рот на замке, – посоветовал Кэри. – Если будешь вынужден что‑нибудь сказать, говори по‑шведски, но лишь в крайнем случае. Все разговоры предоставь мне и молись о том, чтобы местные стражи границы не имели обширных познаний в математике и машиностроении.

Они подошли к пограничному посту. Армстронг все еще носил рабочий халат, Кэри сменил свою форму на опрятную куртку – теперь он был финном. Дежурный со слабым удивлением наблюдал за их приближением.

– Дальше дороги нет, – сказал он по‑русски, сопроводив свои слова печальной улыбкой.

– Разве водитель автобуса не предупредил вас, что мы скоро появимся? – быстро спросил Кэри по‑фински. – Проклятый дурак оставил нас здесь. Нам пришлось добираться пешком от бумажной фабрики.

Улыбка слетела с лица пограничника при первых же звуках финского языка.

– Сержант! – завопил он.

Из дежурной комнаты вышел сержант, лениво застегивая ремень на ходу.

– В чем дело?

– Здесь два финна. Они пришли из города.

– Вот как? – сержант выступил вперед и окинул Кэри и Армстронга критическим взглядом, а затем посмотрел на тачку.

– Откуда вы пришли? – спросил он по‑фински с чудовищным акцентом.

– С бумажной фабрики, – медленно и раздельно ответил Кэри. – Водитель автобуса оставил нас там, – он указал на тачку. – Нам нужно было собрать эти бумаги для нашего босса в Иматре. Мы долго возились с ними, а когда вышли на улицу, автобус уже ушел.

– Что за бумаги?

– Чертежи машин и вычисления. Взгляните сами.

Кэри откинул мешковину и взял документ, лежавший сверху. Развернув его, он протянул сержанту синьку с чертежами.

– Это один из наших чертежей.

Сержант непонимающе уставился на сложное переплетение тонких линий.

– Зачем брать их назад в Иматру?

– Для ревизии, – ответил Кэри. – Это обычное дело. Когда вы строите сложную машину, то редко все идет точно по плану, причем обычно из‑за ошибки какого‑нибудь небрежного чертежника. Поэтому чертежи время от времени отправляются на доработку.

Сержант поднял голову, посмотрел Кэри в глаза, а затем снова принялся изучать синьку.

– Откуда я знаю, что здесь нарисовано то, о чем вы говорите? Я не разбираюсь в бумагоделательных машинах.

– В верхнем правом углу стоит название завода и краткое описание чертежа. Вы можете читать по‑фински?

Сержант не ответил.

– Здесь все бумаги похожи на эту? – спросил он, возвратив Кэри чертеж.

– Взгляните сами, – простодушно предложил Кэри.

Склонившись над тачкой, сержант запустил руку по локоть в мешок и выпрямился. Он держал в руках школьную тетрадь в твердой картонной обложке. Раскрыв ее, он пробежал глазами по рядам математических уравнений.

– А это?

– Не знаю, нужно посмотреть, – сказал Кэри. – Это может относиться либо к химии процесса, либо к механике. Можно взглянуть?

Он окинул страницу задумчивым взглядом.