|
Он, как видно, большой мастер! -- Глупый ты человек, -- сказал я, -- ты забываешь, что сражался-то он со мной. -- Это верно, -- сказал он, -- но три раза! -- Ты же сам знаешь, что я никудышный фехтовальщик, -- сказал я. -- Все равно, я сроду ничего подобного не слыхал! -- Обещаю тебе одно, Алан, -- сказал я. -- Когда мы свидимся в следующий раз, я буду фехтовать лучше. Тебя больше не опозорит друг, не умеющий биться на шпагах. -- В следующий раз! -- вздохнул Алан. -- Когда он будет, хотел бы я знать? -- Я подумывал об этом, Алан, -- сказал я, -- и у меня вот какие намерения: мне хочется стать адвокатом. -- Это такая скучища, Дэви, -- возразил Алан, -- и к тому же сплошное крючкотворство. Нет, тебе больше подходит королевский мундир. -- И конечно же, тогда нам будет легче всего встретиться! -- воскликнул я. -- Но так как ты наденешь мундир короля Людовика, а я -- короля Георга, то встреча будет премиленькая! -- Пожалуй, ты прав, -- согласился Алан. -- Лучше я стану адвокатом, -- продолжал я, -- на мой взгляд, это -- самое подходящее дело для джентльмена, у которого три раза выбили шпагу. Но вот в чем соль: один из лучших колледжей, где учат на адвокатов и где учился мой родич Пилриг, -- это Лейденский колледж в Голландии. Что ты на это скажешь, Алан? Не сможет ли волонтер Royal Ecossais [5] взять отпуск, перескочить через границу и навестить лейденского студента? -- Еще бы, конечно, сможет! -- воскликнул он. -- Видишь ли, мой полковник, граф Драммонд-Мелфорт, ко мне благоволит; а что еще важнее, один из моих родичей -- подполковник шотландского полка в Голландии. Это проще простого -- отпроситься, чтобы навестить подполковника Стюарта из Халкета. А лорд Мелфорт -- человек весьма ученый, он, как Цезарь, пишет книги и бесспорно будет доволен, если я поделюсь с ним своими наблюдениями. -- Стало быть, лорд Мел форт -- писатель? -- обрадовался я, ибо если Алан превыше всего ценил солдат, то я питал гораздо большее уважение к джентльменам, пишущим книги. -- Вот именно, Дэви, -- подтвердил он. -- Многие думают, что полковник мог бы заняться делами и поважнее. Но что мне сказать, когда я сам сочиняю песни? -- Ну что же, -- сказал я, -- теперь тебе остается лишь дать адрес, куда тебе писать во Францию; а как только я попаду в Лейден, я пришлю тебе свой. -- Лучше всего писать на имя вождя моего клана, -- сказал он. -- Чарлзу Стюарту из Ардшила, эсквайру, город Мелон во Франции. Рано или поздно письмо непременно попадет в мои руки. Мы позавтракали жареной пикшей в Массельборо, где я от души потешался над Аланом. В это жаркое утро его плащ и вязаные гетры невольно бросались людям в глаза, и, быть может, разумнее было бы объяснить причины такого наряда вскользь, как бы между прочим; но Алан взялся за дело необычайно ретиво, вернее, даже разыграл целое представление. |
