–   Это хорошо! – порадовалась Варя.

–   Так что, отдаем кинологу щенка?

–   Если есть с него толк, отдавай. Пусть спо¬собности развивает.

–   Да, дом твой они сторожат, никого не пускают. Даже Елизавета с трудом проходит. Во, расплодились змеи. Когда сама приедешь, как в дом войдешь? – смеялся Федор, до¬бавив:

–   С неделю назад старого оленя пригнали. Тот видно совсем древним был. Возле твоего дома его сожрали. Моим ни кусочка не перепа¬ло. Все сами слопали. Эти дружбы не понима¬ют. Попытался отнять, не получилось. Такой отпор дали. Прогнали от туши. Вот и вырастил деток. Они из зубов рвут.

–   Звери! Что ты хочешь?

–    Варь, а когда тебе рожать?

–    Врачи говорят через месяц.

–   Ты хоть позвони, кто появится и имя! Мы тут на Колыме рождение отметим.

–   Хорошо! Сообщу!

–   Игорь Павлович в отпуск собирается в твой дом. В своем поселке ему не сидится. Говорит, что там себя плохо чувствует. Сердце барахлит. К тебе лечиться приедет.

–    Пусть едет. Поместимся.

–   Так ему и передам.

–   Я сама ему напишу!

Варя не промедлила. И как обещала, напи¬сала Игорю письмо. Предложила приехать на все лето отдыхать, сколько захочет.

Человек долго сидел над письмом. Гладил, много раз перечитывал. А в душе дрожала за¬детая струна. Вот и его простили. Пусть пока одна, к другим еще не обращался. Но ведь это

здорово, что одним грехом стало меньше, что не клянут его Варя и мать. Отпустили вину с его души, не ругают, не поминают злом.

Игорь Павлович смотрит в окно. По улице идет пьяненький мужичонка. А что ему, он нико¬му не давал слова завязать с пьянкой. А Игорь обещал Иванову. Уже четыре месяца на зуб не берет. Ох, и тяжко это не сделать даже глотка пива. Евменыч враз почует. У него нюх, как у со¬баки, не скроешь и не спрячешь. А тот обяза¬тельно подковырнет, съязвит при всех, у него о мужской солидарности никакого понятия. Дру¬гой бы промолчал, но не Сашка.

А выпить так хочется. Ну, хотя бы глоток вина под селедочку, да с черным хлебом, но что поймет Иванов? Он целыми днями чай дует. Фу, какая мерзость...

Игорь выходит во двор. Там печатники сооб¬ражают на троих. И селедка уже почищена, хлеб порезан. Осталось только в магазин сбегать. А он напротив. Бери и отводи душу. Но Иванов... Этот все увидит из своего кабинета. От него никуда не денешься.

Человек убегает в свой кабинет. Как бы ни было, неохота получать замечание.

До конца дня еле досидел. Зато после рабо¬ты первым делом в магазин зашел. Взял то, о чем целый день мечтал. И только повернул к двери, навстречу Евменыч. Глянул на покупки Бондарева, ехидно усмехнулся.

–   Что? Не выдержал?

–   А у меня повод! Серьезная причина!

–    Какая? – вылупился Евменыч.

–    Беременность! – ответил Бондарев с гор¬достью.

–   От кого? – отвисла челюсть у Иванова.

–   От Аслана у Вари!

–   А ты причем здесь?

–   Я радуюсь! Пусть родится здоровым и без проблем. В их годы это подарок.

–   Детки – не всегда подарок. Вон я только в дом захожу, одолевают проблемами. То одно им купи, то другое. Компьютер только купили, он уже устарел. Теперь ноутбук им подай. А знаешь, сколько стоит? Окосеешь понево¬ле. Да ладно бы только это.