–    Когда я заговорила о Колыме, что ребен¬ка надо растить в здоровых, северных услови¬ях, он чуть с ума не сошел. Даже слышать ни¬чего не захотел и велел закрыть эту тему на¬всегда.

–    Игорь Павлович, даже на время привезти ребенка на Колыму он мне не даст. Это я и се¬годня понимаю. Аслан трясется над ним неродившимся, что будет, когда он появится. Он каж¬дый вечер водит меня гулять и дышать свежим воздухом. Заставляет тепло одеваться, чтобы не простыла. Не дает пить холодную воду и соки. Короче, следит за мной, как привередливая баб¬ка. Мне с ним и легко и трудно. Никакой само¬стоятельности, все под его контролем, а он слу¬чается жестким. Ну, да ладно, как нибудь дотер¬плю оставшееся время.

–    Игорь Павлович, вы написали мне, что Султана отдали Федору, и он сдружился с его волчатами. Они вместе едят, играют, их вместе выгуливают, и Федор собирается вскоре всех троих выпустить на природу, жить в стае. Но не рано ли Султану. Он трусоват, вряд ли выдер¬жит такую резкую перемену Он слишком до¬машний и в стае Султана могут сгрызть. Он не умеет драться и постоять за себя. Не зря ли Федор торопится с Султаном?

–    Его волчата более подготовлены. Вырос¬шие вдвоем, они всегда станут защищать друг друга. А кто защитит моего? Мне будет беско¬нечно жаль, если его разорвет стая. Он еще мал и слаб. Я прошу вас, позаботьтесь о нем. Пусть у него не останется плохой памяти о лю¬дях. Он очень неприхотлив в еде. Выгуливать его надо только два раза, утром и вечером – на ночь перед сном. Все остальное время сидит в доме, без скандала и крика. Думаю, через год мы приедем все втроем и тогда решим, как по¬ступить с Султаном. Если он достаточно выра¬стет, можно попробовать отпустить его в стаю. Но пока это рано делать.

–   Игорь Павлович, извините, что я навязы¬ваю свои заботы. Но вы как никто понимаете, что Султан для меня не простой волчонок, а и мой друг, потому, конечно, беспокоюсь о нем.

–   Хотелось бы знать, как ваше здоровье, как клеится работа? Получается ли с Ивановым. Знаю, были у вас свои трения. Может теперь они сгладились. Вы человек мудрый, сдержан¬ный, сумеете взять в руки любого. Было бы желание.

–   Если с Евменычем не сладится, уезжайте на Колыму. В моем доме вам будет тихо и спо¬койно. Никто не зависнет над головой. Пишите, какие новости у вас. Передавайте приветы всем нашим знакомым. Я вас всех люблю и помню. Варя.

–    Ну, вот видишь, кто то и меня любит, не¬жные письма шлет. Не ругается, не гонит, не называет лысой задницей. О радости своей мне первому сообщила. А это здорово! Ребенка ждут. Хотя обоим за сорок, а не боятся рожать. Глав¬ное, думают о продолжении жизни. Правильно, Варя! Никаких абортов! Рожай и точка на всем. Мальчонку или девчонку родишь, какая разни¬ца. Это ваш ребенок. Каким вырастите, таким будет, лишь бы вырос хорошим человеком.

...– Хороший человек... Вспомнился Игорю совсем юный Аслан. Сколько же ему тогда было? А ведь привезли на расстрел. Ему, Бондареву, оста¬валось поставить подпись на приговоре и отдать в спецчасть. Но что то удержало. Смутил уж очень юный возраст парня. Решил сам съездить в зону, поговорить с глазу на глаз. Нелегкое это дело – вытащить на общение человека, какой разуве¬рился во всех. Понял, где прячется корень зла. И стало по человечески жаль. В таком возрасте жизнь еще не начата, а тут уже и заканчивать.