–       Да, Варя, тяжело тут дается хлебушек. Каждая крошка ценой крови отливается. Впрочем, оно всегда здесь так было. Где то самолеты, поезда ходят. А тут умирают в дороге за хлеб. И никогда не знаешь, вернешься ли из рейса живым. Ничего не изменилось здесь к лучшему. Колыма всегда остается Колымой и проверяет всех на жизнь и смерть,– сказал Аслан.

–        Смотри, снова Анастасия к тебе идет. Что это она зачастила? Или свободного времени у нее много появилось? Чего дома не сидит¬ся?– удивился Аслан, глянув в окно.

–        Хлеб несет, видишь, буханка в руках.

–        Да это лишь повод,– отмахнулся Аслан, добавив резкое:

–        Любопытная, назойливая женщина.

–         Нет, она не из таких,– открыла Варя две¬ри, впустив бабу. Та, положив хлеб на стол, ска¬зала скупо:

–        Спасибо, Варя, выручила нас.

–        О чем ты лопочешь? – отмахнулась хо¬зяйка и спросила:

–        Чего ревешь? Что у тебя стряслось?

–        Дуська умерла. Я пришла позвать ее за хлебом. А она уже готова. До утра не дотянула. Видно, ночью плохо стало, а рядом никого. Глот¬ка воды подать некому. А у нее сердце слабое. Все последнее время жаловалась. Я врачу го¬ворила, да что толку? К нам медиков и дубиной не загнать. Считают, что о старухах заботиться не стоит. Вот и вымираем, как мухи. И что за врачи, чаще нас болеют. Все приезжие. Ночью их не добудиться и не дозваться. Ни за что не пойдут. То ли дело раньше врачи были. Сами приходили, без вызовов и просьб. Теперь сто раз поклонись прежде.

–        Дуся жаловалась на сердце?

–         Все последние годы. А что толку? На об¬следование не свозили, все только таблетки пи¬хала человеку. Та послушно их пила, но без толку.

–        Надо родню предупредить.

–         Какой теперь толк, разве что похоронить.

–        Она одна была?

–        Конечно.

–         Пока они приедут, дня три пройдет. Что ж, Анастасия, все время Дуся будет лежать в доме?

–        А что делать? Не хоронить же без родни, обидятся насмерть,– сетовала Варвара.

–        Ладно, подождем.

–         Еще милицию, прокуратуру надо вызвать. Ты ее не трогала, не ворочала?

–         Нет, оставила, как была. Она так и держа¬лась за сердце. Умерла от приступа. Это сразу видно.

–        А черт их возьми всех! Вот тебе и дети! Время пришло, глотка воды подать некому. Вы¬растила гадов! – чертыхалась баба зло.

–         Ни одна она вот так померла. Наши дети как уедут в город, так и забывают о нас.

–        Что делать, жить как то надо. Без зара¬ботка не останешься. А на бабкиной пенсии всем не выжить. Это и дураку понятно,– хмурилась Варвара.

Аслан, не выдержав тягостной обстановки, ушел из дома, решил навести порядок в мо-гильнике и вернулся уже вечером, когда на ули¬це стало совсем темно.