-  Как? Что? А-а-а…

    Представившиеся картины не радовали.

    -  Так ты! Ты! А как же «Ты можешь! Ты Х'иссин!» Я ведь без тебя не взялась бы!

    -  Да я и не думал, что у тебя что-нибудь получится, просто хотел тебя подбодрить, - повинился дракон. - А потом уже было поздно.

    -  Ах ты!

    На всякий случай дракончик юркнул в кусты, а я до вечера печально прощалась с мечтой о своем славном чародейском пути.

    Глава тридцатая ОБ УРОКАХ ПЕНИЯ

    Я не заметила бы его даже ясным днем, не то что в этих сумерках. Проехала бы рядом, но он шевельнулся. Отодвинулся от дерева и встал на моем пути. Плащ с капюшоном закрывал его почти целиком, кроме длинного копья в правой руке. За спиной качнулся лук. Мышак остановился сам, без моих приказов.

    -  Доброго вечера, - начала я, попытавшись стукнуть ногой замершего рядом Воротника. Совсем этот мелкий распустился - никого в упор не видит и не чует. Дракончика я не достала. Со стороны этот дрыг, наверно, выглядел странно. Воротник удивленно на меня покосился. Незнакомец повелительно повел рукой вниз.

    -  А, спешиться? - Я соскочила с Мышака. Незнакомец сделал шаг в чащу, оглянулся и поманил меня рукой.

    -  Слушайте, мне вообще-то не туда… - начала было я, но незнакомец откинул капюшон. Чистокровный Перворожденный! Его глаза были бездонным звездным морем. Он повернулся и пошел, я за ним следом. Я шагала, глядя на качающийся на спине проводника лук, Воротник шел рядом, и Мышак - вот уж чудо - не брыкался, не упирался и не фыркал мне в макушку. Вокруг нас быстро темнело. Не люблю ходить по темному лесу. Корни норовят зацепить за ногу, непонятные создания шуршат рядом или беззвучно задевают лицо, а любая подвернувшаяся ямка или нора может закончиться вывихнутой лодыжкой. Не говорю уже о таящихся во мраке хищных созданиях. В общем, ходить по ночам я не любила. Но сейчас было не так. Неяркое сияние озаряло путь Перворожденного, как просыпавшаяся с ночных небес звездная пыль. И становилось все ярче, пока сгущалась темнота. За Пришедшим Первым оставалась медленно меркнущая дорожка, по которой я шагала безо всякого страха. Да, я не боялась и не возмущалась. Почему? Я не знала. Куда мы шли? Зачем? Это тоже меня не беспокоило.

    Мой проводник вдруг повернулся. Показал на Мышака, выставил вперед ладонь. Молча, уже не желая рушить тишину, я привязала своего коня к какому-то дереву, и мы двинулись дальше - уже недалеко.

    Звездное сияние наполняло открывшуюся среди деревьев поляну. В свете дня она могла быть обычной лесной опушкой, пастбищем для оленей и коз, но сейчас превратилась во дворец с крышей из ночного неба. Верный знак - они были здесь. Перворожденные замерли у деревьев - я их не видела, но ясно ощущала. Ну и зачем меня сюда привели? В звездном сиянии мерцали сотни покрывающих поляну синих цветков, и между ними порхала крупная искра. Вечерний Народец? Поклонник моих песен, рассказавший обо мне Перворожденным, и от меня ждут выступления? Услышали о заколдованном народе великанов и хотят попросить помощи? На краю поляны замер эльф со свирелью в руках.

    Мой проводник отступил, растворился в ночи.

    -  Извините, а зачем меня сюда… - начала я говорить не то эльфу, не то какому-то кусту. Но замолчала сама.

    По поляне пронесся едва слышный звон. Искорка Вечернего коснулась цветка, потом еще одного.

    -  Дзинь! Динь! Дзинь! - Вечерний звонил цветками без складу и ладу, не выдерживая ни ритма, ни мелодии. Он то надолго замирал, то вдруг начинал суматошно метаться по поляне. Скачущая по лугу корова с боталом справилась бы лучше.