-  Вперед, - громким шепотом скомандовал Повар, и отряд рванул во весь опор. Скоро их силы иссякнут совершенно - и людей, и лошадей. Но раньше добыча будет поймана!

    -  Нет у нас коров, девонька, - сообщила мне словоохотливая старушка, топающая с вязанкой хвороста домой. - Коза есть, куры есть, пять овец, кабанчика держим, а коров нет!

    Старые потемневшие ворота со скрипом закрылись за нами. Так мы переночевали в крохотном селе. Мое выступление с арфой имело большой успех. Воротник, тихо сидевший под скамьей полвечера, постепенно отошел и вскоре вовсю прыгал с детворой. Взрослые уважительно садились рядом со мной и, прокашлявшись, заводили беседу о погоде и видах на урожай. Похоже, моя вампиробойская слава опять меня опередила. Воротник получил две миски каши и блюдце козьего молока, быстро все слопал и мирно дремал под лавкой.

    Глава тринадцатая О ПУТЯХ И РАЗВИЛКАХ, ИЛИ О ЧЕМ ПОЮТ ДРОЗДЫ

    День выдался прохладным и сумрачным. Ночью прошел несильный дождик, как-то с утра солнце затянула туманная дымка, и не успевшая выпасть роса наполнила воздух бодрящей прохладой. Птицы шумели вовсю. Я бездумно жевала травинку в такт равномерному топанью Мышака, мурлыкала себе под нос песню о веселом охотнике, когда вокруг вдруг резко потемнело и пахнуло прохладной сыростью.

    Что? Я натянула поводья. Прямо передо мной темнела каменистая расщелина, расколовшая донизу высокий островерхий холм. В глубине серела непробиваемая тень - щель или была не насквозь, или делала в холме крутой поворот. И именно стены этой расщелины были отмечены знаком солнца, именно в нее ныряла дорога и безмятежно вошел Мышак. Склоны холма уже были мне по плечо, из оплывшей земли торчали корни, а нанесенную ночным дождем грязь вовсю месили копыта моего переминающегося коня.

    -  Хмм… - Я задумчиво глядела вперед. Из-за темного поворота что-то приветливо заухало, проскрежетало по скале, с высоты сорвался камень и с плюханьем ударился обо что-то внизу, - Давай-ка отсюда выбираться, - предложила я Мышаку и, после недолгой возни с разворотами, снова была у подножия холма. Следом выскочил Воротник, успевший выпачкаться в грязи до самого гребня на голове. При этом он еще с хрустом жевал что-то многоногое в жестком панцире.

    Развилка. Тропа раздваивалась. Второй путь уводил, изгибаясь, куда-то за холм, был хорошо утоптан, гладок и сух. Правда, не имел солнечного знака.

    -  Ну как там, в глубине? - спросила я дракончика. Судя по налипшей грязи, он прошел в расщелине гораздо дальше моего.

    Воротник изобразил всем телом бурный восторг.

    -  Там таких много, - ткнул он лапой в валяющиеся ошметки надкрыльев, больше моей ладони каждый. - Только крупнее! Бегают!

    -  Идем в обход, - решила я. В сущности, тут и думать было не о чем. Прокладывавшие Восточный Тракт, похоже, решили здесь пошутить. И утоптанная обходная тропинка подтверждала, что множеству путешественников эта шутка не понравилась, как и мне.

    -  Надо идти по дороге, - вдруг уперся дракончик.

    -  Не надо, - отрезала я.

    -  Надо, - продолжал препираться Воротник. Недокормили его в деревне, точно недокормили. Захотелось ему многоножками похрустеть!

    -  Держись рядом и молчи! - приказала я и положила конец спору.

    Воротник тут же стих.

    Мышак сделал пару шагов по тропе и испуганно шарахнулся - сверху упал здоровенный дрозд.