-  Он точно там? - в очередной раз спросила я у Воротника. Свет костра лишь иногда выхватывал из тьмы дерево, но потом огонь пригасал, и снова я без толку таращилась в темноту.

    -  Да. - Дракончик был краток. Он был ближе к дереву, чем я. Да и вообще в вопросах о лешем я целиком доверяла его чутью и знаниям - своих ведь у меня не было.

    -  Круги его удержат? - Да.

    -  На другое дерево не перескочит?

    -  Нет.

    -  Слушай, а какой он на вид?

    -  Разный.

    Успокоенная в очередной раз, я поерзала, устраиваясь поудобней на застеленной плащом охапке веток, кинула куском земли в сторону дерева и крикнула:

    -  Ну что, поговорим?

    А ведь как все хорошо вышло! Поймала лешего, быстро перевела к дереву Мышака, замкнула вокруг осины еще два круга - головней и носком сапога.

    И только потом задала себе вопрос: а что же делать дальше? Сидевший на дереве упорно не желал говорить. Не помогали ни угрозы, ни просьбы, ни посулы. Я будто говорила с бессловесным деревом. Подпалить осину, что ли? Развести внизу костер, выкурить лешего дымом? Нет. Недавно я о чем-то похожем уже думала. Пустить на дерево Воротника, пусть сгонит его вниз? Не-эт, такое точно недавно было!

    Все. Придумок не осталось. Я встала и потянулась. Взгляд упал на мешок с инструментами. Надо же! Я ведь сегодня не пела! Надо срочно исправиться.

    Выпал знак колеса. Сказание о приключениях Дрока на ярмарке, да еще и под барабан. Да, хорошая песня для ночного леса!

    Ну ладно. Буду бить вполсилы.

    -  «Пришла осенняя пора, и яблоки поспели. На ярмарке в Больших Лугах ожили карусели…»

    -  Он беспокоится, - вдруг сказал Воротник.

    Песню не годится прерывать. Я только кивнула.

    Беспокоится? Хорошо. Хоть чем-то я его доняла.

    -  «Телегу ладит землероб. Готовит бортник соты…»

    Теперь все это звучало куда громче, да и по барабану я начала бить изо всех сил. Дрок приехал на ярмарку, уже успел продать поросят, встретиться с коварным Непутем и польститься на его чудо-гуся.

    Гулкие удары барабана уходили в ночной лес. В пламени костра мотались тени потревоженных птиц. Одуревший от шума кабан с треском вылетел из кустов к костру, глянул на нас маленькими глазками и кинулся наутек. Согнутые тени выступали из леса и отлетали, наткнувшись на круг. А ведь песня была долгая! Дроку еще предстояло обнаружить обман, пострадать, поплакаться, а потом с помощью мудрого Межагора наказать жулика, обернув против него его же хитрость.

    -  Все.

    У меня в ушах чуть звенело, руки гудели не хуже барабана, но добро в песне победило. А в лесу воцарилась звонкая тишина.

    -  Что-то у меня настроение попеть сегодня. Надо бы еще песен пять исполнить, погромче и повеселей! - громко сказала я в сторону окольцованной осины и забренчала мешком с инструментом.

    -  Не надо песен, - едва слышно сказал скрипучий старческий голос с осины.

    -  Ага, вот она! - Я потянула из мешка арфу. - Главное - уши не забыть заткнуть, а то сама оглохну!

    -  Не надо петь, - громче повторил скрипучий голос.

    -  Мерещится что-то, - пожаловалась я Воротнику, грозно помахивая арфой.