В тот же самый момент он услышал другую команду.

 – Герн Раднор! Долго тебя ждать? Нужно еще раз просмотреть коносаменты, – закричал казначей Казала.

 Гарета еще раз вырвало, и он, пошатываясь, пошел к люку.

 В трюме было душно и сыро, Гарету показалось, что совсем недавно “Идрис” перевозил тухлую рыбу. Он старался смотреть на бумаги, которые деловито раскладывал перед ним Казала, но чувствовал, что его вот-вот снова вырвет.

 – Не замарай бумаги, – предупредил его Казала. – Вот. Поставь ведро между ног, потом я принесу тебе галеты. Принимайся за работу, есть несоответствие в центнер между весом по бумагам отправителя и грузом, который, по словам вахтенных, был загружен в трюмы. Попытайся определить, обманули нас или наш первый помощник просто не умеет считать. И что за жалкий вид у тебя? Думаешь, тебя первого укачало?

 Через день Гарет вполне освоился в море. Теперь, выходя в плавание, он чувствовал себя гораздо лучше, но до самой смерти вынужден был заниматься какими-нибудь важными делами, чтобы отвлечься, когда морские волны начинали бить в корпус корабля.

 “Идрис” спустил паруса, когда повстречался с рыболовным флотом Лиравайза – столицы иногда дружественного, иногда враждебного Ютербога, находившегося в дне пути от Сароса на другом берегу Узкого моря.

 Они обменяли бочки с пивом на вино в бутылках, свежее мясо – на соленые сыры, свежие продукты – на соленую селедку, которая была заколдована и не только никогда не портилась, но и уберегала матросов “Идриса” от цинги.

 Они снова вышли в море.

 Казала, которого Гарет считал образцом честности, сидел, положив перед собой буханку хлеба и кусок сыра, выменянные у рыболовов.

 – Нет необходимости упоминать, – сказал он, – что в бухгалтерских книгах это отражено не будет.

 Юноша постарался выразить крайнее удивление.

 – Законы существуют на земле, – пояснил Казала. – На море они не распространяются. В плавании мы соблюдаем особый устав.

 – Какой?

 – Неписаный, которые тебе еще предстоит изучить. Еще предстоит.

 Гарет осторожно поднимался по вантам, стараясь не смотреть вниз и не думать о том, насколько крепка палуба. Он старался сосредоточиться только на том, что до рея не так уж далеко. Мачты больших торговых кораблей, мимо которых он проходил в Тикао, были гораздо выше. Правда, тогда он стоял на твердой земле. Он прогнал прочь эту мысль и полез дальше, тщательно вымеряя каждый шаг и крепко держась за ванты.

 – Ты весь день будешь сюда лезть? – спросил висевший на рее матрос. – Когда шкипер отдает команду “Все наверх”, нет времени на осторожность.

 Гарет проигнорировал его слова внимания и упрямо продолжал карабкаться вверх, пока не ударился головой о рей. Он посмотрел на матроса, сидевшего на наклонном рее, сделал глубокий вдох и устроился рядом.

 – Очень рад, что ты наконец добрался, – похвалил его матрос. – Только держись за рей поосторожней, если не хочешь сломать.

 Матрос хрипло захохотал, а Гарет смог лишь выдавить из себя слабую улыбку.

 – Крепко держишься, мальчик? Гарет кивнул.

 – Хорошо, теперь вставай на ноги, держись за мачту, поднимись до блока ликтроса и тресни по нему так, чтобы я услышал.

 Гарет, стиснув зубы, повиновался и пополз вверх по гладкому дереву. Он поднимался все выше и выше, потом поднял руку, нащупал блок и резко ударил по нему. В тот же момент с палубы донесся крик:

 – Герн Раднор! Какого дьявола ты прыгаешь там как обезьяна? Пора составлять еженедельный отчет!

 – Жаль, – сказал матрос.