Гарет покачал головой, потом спросил, не может ли он помыться.

 Ему принесли кувшин с чистой водой, мыло и ведро. Гарет вымылся, постоянно думая о том, что говорил первый надзиратель о его участи.

 Он подошел к окну. Серый день, серые каменные стены, стражники, совершавшие обход по парапету. Он находился достаточно высоко, чтобы видеть поверх стен дома на улицах и даже Нальту, серой змеей струившуюся к океану, по которому ему не суждено плавать.

 Через некоторое время Ахара принес суп в супнице, хлеб и сыр. Гарет заставил себя поесть. Суп был достаточно вкусным. Гарет гнал прочь мрачные мысли. Быть может, ему удастся сбежать перед казнью. Он полагал, что должен предстать перед судьей или еще кем-то. Может быть, еще есть надежда.

 “Конечно! – посмеялся он над собой. – С таким же успехом можно надеяться на то, что у меня вырастут крылья и я улечу отсюда”.

 Вернулся Ахара с маленькой коробочкой.

 – Какая-то девушка принесла, – пояснил он. – Дала целый золотой, чтобы я передал тебе.

 Гарет взял коробочку, развязал веревку и открыл. Внутри он увидел знакомый кулон в виде морского орла и записку:

 “Этот кулон был заколдован. Если ты окажешься на свободе, подумай обо мне, возьми орла в руку, и он приведет тебя ко мне.

 К”.

 – Погоди, – сказал он, увидев, что Ахара собирается уходить. – Что это была за девушка? Как одета?

 Ахара пожал плечами:

 – Была в плаще, так что я ничего не могу сказать. Похожа на служанку. Стройная. Короткие волосы. Ты знаешь столько девушек, что не можешь сообразить, которая из них прислала подарок?

 Гарет не ответил. Он сел на стул и сжал орла в ладони. Потом надел на шею цепочку и спрятал кулон под рубашку.

 Странно, но он почувствовал себя спокойнее, словно маленький талисман мог спасти его. Скоро он лег на кровать и заснул.

 Через два дня его навестил дядя.

 Гарет думал, что тот и вспоминать о нем не будет, считая полным идиотом, а если и навестит в тюрьме, то только для того, чтобы выругать за тупость.

 Раднор так не поступил.

 Он тяжело опустился на стул в камере Гарета.

 – Эти проклятые ступени могут довести человека до могилы, – сказал он.

 Гарет промолчал.

 – Я часто говорил, как ты помнишь, что считаю себя удачливым. Сынок, по сравнению с тобой меня можно считать проклятым, с постоянными тучами над головой.

 Гарет удивленно посмотрел на него.

 – Во-первых, тебе повезло в том, что сэр Виет – человек, которого ты… ты убил… был…имел в городе репутацию мошенника, человека без чести. Уж не знаю, что он такого совершил, чтобы заслужить подобную репутацию. В качестве отступления замечу, что полагаю, ты убил его в честной схватке, хотя совершенно не могу понять, что ты там делал в это время. Я не верю в то, что Раднор, особенно сын моего брата, способен на хладнокровное убийство. И мне не нужны никакие объяснения. Как я уже говорил, личность убитого тобой человека можно считать первой удачей. Мне кажется, ни у кого нет ни малейшего желания отплатить за его смерть. Во-вторых, тебе повезло еще больше. Король услышал о произошедшем.

 Гарет почувствовал, как кровь отхлынула от лица, и приготовился к худшему. Что могло быть хорошего в том, что о нем узнал сам король?

 – Лорд Квиндольфин давно потерял расположение короля. Я… и я хочу, чтобы ты никогда не повторял мои слова, так как не подобает открыто критиковать тех, кто стоит выше тебя… я считаю его бесчестным человеком, особенно в тех случаях, когда он решает вести дела с людьми, которых считает по отношению к себе низшими, например купцами или судовладельцами.