Гарет и его матросы бросились за ними.

 Он заморгал от яркого тропического солнца и вздрогнул от крика стоявшего рядом матроса, которому пуля, отрикошетившая от палубы, раздробила коленную чашечку.

 Гарет застрелил линията, пытавшегося перезарядить шомполом мушкет, и бросил пустой пистолет на палубу. Кто-то передал ему заряженный пистолет как раз в тот момент, когда трое линиятов набросились на него. Он застрелил одного из них, тот повалился на приятеля, которого Гарет в следующий момент проткнул насквозь. Потом он отразил удар саблей третьего линията и проткнул ему клинком горло.

 Запаниковавшие было линияты пришли в себя. На заваленной трупами главной палубе непрерывно звенели клинки и раздавались выстрелы из мушкетов и пистолетов. Работорговцы, спрятавшись за мачтами и пушками, огнем отражали натиск пиратов. Четверо линиятов подбежали к люку, из которого выскочил Гарет, закрыли его и заперли.

 Пути подкреплению были отрезаны, линияты радостно завопили и бросились на пиратов.

 Командовал ими линият в форме. Гарет увидел валявшийся на палубе заряженный мушкет, опустился на колено и застрелил офицера.

 Но линияты и не думали сдаваться. Пиратов оттеснили к носу судна.

 – Помогите, – крикнул Том Техиди, толкая короткоствольную пушку. К нему мгновенно подскочил Лабала, не обращая внимания на лившуюся ручьем кровь из глубокой раны на груди. С трудом им удалось откатить орудие и развернуть его в сторону палубы, после того как Техиди перерубил крепежный трос.

 Кто-то бросил зажженный факел, Лабала поймал его и прижал к запальному отверстию. Гарет успел только подумать, что пушка может оказаться незаряженной, но тут из жерла вырвалось пламя и шрапнель снесла толпившихся на палубе линиятов. Пираты вложили клинки в ножны и принялись перезаряжать пушку.

 Как только “Мститель” подошел к борту и на судно хлынули пираты, раздался жуткий визг, который Гарет помнил со времени первой встречи с работорговцами.

 Дверь каюты на верхней палубе распахнулась, и из нее выскочило кошмарное существо.

 Это была огромная бесхвостая ящерица в половину человеческого роста с зубастой, похожей на крокодилью, головой. Ее тело было покрыто радужными чешуйками, и она держала по мечу в каждой четырехпалой руке. Двигалось существо поразительно быстро. Оно прыжками спустилось по трапу и с яростью набросилось на пиратов, легко уворачиваясь от ударов и беспрестанно визжа.

 Гарет выстрелил в него из пистолета, промахнулся и, собрав все мужество, пошел на чудовище с клинком.

 Раздался выстрел из пушки, и шрапнель изрешетила чудовище. Оно упало, но вдруг снова вскочило на ноги. Тут подоспел Лабала с огромным топором и раскроил ему череп.

 Чудовище взвизгнуло в последний раз и упало, извиваясь. Лабала, решив не рисковать, выдернул топор из черепа и обезглавил чудовище.

 Бой внезапно закончился. Оставшиеся в живых линияты, казалось, лишились мужества. Некоторые выронили сабли и осели на палубу, другие прыгнули за борт. Гарет не смотрел на них, он не мог отвести взгляда от мертвого чудовища, чьи конечности все еще судорожно подергивались.

 Лабалу била дрожь.

 – Это их бог?

 – Или демон, – ответил Гарет.

 – Забудь о нем, – сказал Том. – Он мертв. Ты и ты, сбросьте его за борт, чтобы не было никаких сомнений.

 Два пирата, побледнев, подошли к чудовищу и перекинули его через леер. Потом один из них посмотрел на свои покрытые липкой слизью руки и согнулся в приступе рвоты.

 Был открыт люк, из которого на палубу выскочили матросы “Стойкого”, но сражаться было уже не с кем.

 Гарет подошел к одному из линиятов и рывком поднял его на ноги.