– Я не получаю в наследство компанию, в отличие от мамы, – недовольно говорит он. – Несмотря на то, что ты и дня за всю жизнь там не проработала.

– Я там не работаю? – Джудит расправляет плечи. – Я делаю больше, чем ты знаешь, Лэнс. И я в курсе, что ты воспользовался кредиткой компании. Ал мне сказал. Такой хороший юноша.

– Ал! – Имя бывшего вырывается вместе с осознанием. – Лэнс, ты позвонил Алу в десять тридцать вечера по Чикаго. Здесь это пять тридцать утра. Ты рано встал тем утром, когда умер Найджел. Ты… – «видел его?» – собираюсь добавить я.

– «Убил его»? – прямо спрашивает Лэнс. – Серьезно, что это, групповое нападение на Лэнса? Нет, я не убивал его, Сэйди. Мама – я совершил одну покупку на карточку компании. Я ведь не каждый день делаю предложение. На моей личной карточке не хватало средств.

Потому что он и там превысил лимит? Насколько сильно Лэнсу нужны деньги?

Лекси кладет руку на свое кольцо, словно чтобы защитить его.

– Все в порядке, милый, – шепотом говорит она.

Судя по ее сведенным бровям, она только что узнала, что технически ее кольцо принадлежит компании.

– Нет, все не в порядке, – восклицает Лэнс. – Я согласился на эту поездку, потому что папа хотел закрыть главу. Я думал, он имел в виду смерть Джеммы. Не знал, что он имел в виду меня, что я должен извиниться за все свои прегрешения. Что ж, в моей жизни новая глава. – Его тон смягчается. – У меня есть любовь.

Он обнимает Лекси за плечо и целует ее макушку. Она прижимается к нему так тесно, что они напоминают кокон.

Представляю, как Джем делает вид, будто ее тошнит от этой сладости.

Конни и Филли перешептываются – достаточно громко – о предыдущей смерти.

Джудит объясняет:

– Это был несчастный случай, велосипедная авария.

«Убийство», – мысленно поправляю ее я.

– Мы все обожали Джемму, – продолжает Джудит. – Она была мне как дочь, как и Сэйди. Мы все приехали сюда на годовщину ее смерти. Чтобы поддержать Сэйди.

Последние слова она произносит с нажимом. Лэнс фыркает. Я чувствую, что краснею. Вот как я отплатила им за их доброту. Дом мертв, а я превратила l’apéro в час обвинений.

Я хотела услышать признание. Что ж, могу признаться сама.

– Я должна была быть с Джеммой в тот день. Она приходила в офис, но я считала, что слишком занята. Это было не так. Кроме меня там никого не было. Я могла спокойно с ней прокатиться. Она была моей лучшей подругой.

– Моей тоже, – говорит Лэнс. – Хочешь поговорить о чувстве вины? Она ехала на встречу со мной. Когда она не приехала, я должен был отправиться ее искать.

– Ну что ты, – говорит Лекси. – Ты ведь не мог знать, что случилось. Джемма мне тоже писала в тот день. Моя машина была в ремонте, так что я была вынуждена сидеть дома. – Она легонько шлепает Лэнса по руке. – А ты снова поставил телефон на беззвучный и поэтому не мог за мной заехать.

Лэнс смотрит на нее тем самым щенячьим взглядом.

– Я не переписываюсь за рулем. Ты же помнишь? Ты взяла с меня слово после того, как в тебя въехал тот мужчина, он ведь был в телефоне.

Внезапно я переношусь в тот ужасный день.

Слова проносятся мимо меня, как набирающие скорость колеса.

Джудит говорит, что взяла с Дома обещание отключить сенсорный экран в его новой машине. Он все время на него отвлекался. Смотрел там отчеты по акциям и прогноз погоды.

Мои мысли крутятся вокруг Дома и его машин. Джудит поцарапала его дверь, но обвинил он Лэнса. Передо мной проносятся лица, места, времена.