– Что ты здесь делаешь? И где Джон? – спросила Молли у Трейси.

На мгновение Джону показалось, что он стал невидимкой. Но Трейси лукаво улыбнулась, понимая, что произошло.

– Я то знаю, а вот ты попробуй угадай! – ответила она фразой из своего детства.

Молли дала меню Трейси, затем Джону. Когда он поднял голову и протянул руку, чтобы взять меню, она замерла и наклонилась к нему, не веря своим глазам.

– Черт меня подери! Это же ты! – Она посмотрела на Трейси с каким то новым выражением. – Ну ты даешь, девушка! Класс!

Молли снова повернулась к Джону:

– Ну ка встань, Золушка.

Она взяла Джона за руку, подняла со стула, вытащила в проход и задумчиво обошла кругом.

– Боже мой! Это просто фантастика! От тебя прямо веет неприятностями.

– Правда?

– И серьезными. Где ты взял этот стильный пиджак? И потрясающий пуловер? – спросила Молли.

Поскольку Джон не знал, что такое пуловер, он просто пожал плечами.

– Трейси мне помогала это выбрать, – объяснил он.

– Чертовски здорово! Я в восторге от всего, кроме очков. Ты хочешь, чтобы он носил очки, как у Элвиса Костелло? – спросила она Трейси, и в тоне ее сквозило нечто, больше всего напоминавшее уважение. – Я беру все свои слова назад. Ты не такая уж бесполезная, – сказала ей Молли. Она сочувственно посмотрела на Джона. – Он выглядит усталым.

Трейси отрицательно покачала головой.

– Очки не для Джона. У него слишком выигрышные глаза. Он будет носить линзы.

Джон почувствовал себя так, словно действительно исчез из за стола. Интересно, именно это имеют в виду женщины, когда говорят, что мужчины относятся к ним как к вещам? Джону не то чтобы было неприятно, просто не по себе.

– Трейси, я не могу носить эти штуки, – запротестовал он.

Джон снял очки и потер покрасневшую переносицу.

Молли и Трейси многозначительно переглянулись.

– Это потому, что у него близорукость? – спросила Молли. – Или это в самих глазах – то, что бьет наповал?

– Я не знаю, что это, но на меня это действует, – проворковала Трейси. – Тебе придется выбросить очки, – сказала она Джону.

– Но без очков я буду на все натыкаться, – жалобно возразил Джон.

– Отлично, шрамы только украшают мужчину, – ответила Трейси, вставая. Она отступила от столика на несколько шагов и, склонив голову, принялась рассматривать Джона под другим углом.

– Но почему ты не хочешь носить линзы? Ты когда нибудь пробовал?

– Можешь надо мной смеяться, но меня пугает даже мысль о том, чтобы вставлять в глаза маленькие кусочки стекла.

– Тебе придется выбирать: либо ты носишь линзы, либо становишься слепым, потому что это, – заявила Трейси, вертя на пальце его очки, – ты больше не наденешь.

Она немного помолчала и добавила совсем другим тоном:

– Когда ты так моргаешь, ты похож на новорожденного щенка.

– Да, он классно выглядит, – поддержала Молли.

Джон смутился и почувствовал, что краснеет. Он забрал у Трейси очки. Только сейчас Молли заметила на столе мотоциклетный шлем. О, только бы она ничего не сказала, подумал Джон.

– Ты купил мотоцикл, золотко? – немедленно спросила Молли с восторженным придыханием.

– Нет. Трейси сказала, что я должен носить с собой шлем, как будто у меня есть мотоцикл.

– Это компромисс, – объяснила Трейси, вопреки обыкновению охотно болтавшая с Молли.