– Это компромисс, – объяснила Трейси, вопреки обыкновению охотно болтавшая с Молли. – На мотоцикле он тут же разобьется, и вся моя работа пойдет насмарку.

– Спасибо за искреннюю заботу о моем здоровье.

– А как насчет татуировки? Или пирсинга? – поинтересовалась Молли.

Трейси устало вздохнула.

– Он наотрез отказался. – Она посмотрела на Джона. – Слушай, я никогда не замечала у тебя такой щетины.

– Наверное, потому, что я бреюсь два раза в день.

– Правда? – спросила Молли, поднимая брови. – Это от избытка тестостерона, золотко.

Трейси задумчиво посмотрела на него.

– С этой минуты ты прекращаешь бриться! – наконец выдала она. – По крайней мере, не чаще чем раз в три дня.

– О, это старый трюк, – сказала Молли, одобрительно кивая. – Это должно сработать.

– Я не согласен, – заявил Джон. – Я не могу показаться на работе, как… как с похмелья.

– Почему бы нет? Это заставит женщин заинтересоваться твоей личной жизнью, – сказала Молли, восхищенно глядя на него.

– Точно. И тогда она у тебя, может быть, появится, – добавила Трейси.

Молли скрестила на груди руки и посмотрела на них обоих.

– Итак, жертвы моды, что будете есть? Я так и не приняла заказ.

– Я только пива выпью, – сказала Трейси.

– А я мокаччино.

Когда Молли отправилась выполнять заказ, Трейси перегнулась через стол к Джону.

– Ты действительно отлично выглядишь, Джон. И ты был очень терпеливым. Ни разу не взорвался. И в качестве награды, – она сделала паузу для большего эффекта, – я куплю тебе мокаччино. Может быть, это в последний раз.

– Обещания, обещания, – вздохнул Джон.

Теперь, когда мучения остались позади, он находил в их сегодняшних приключениях некоторый шарм. Джон представлял, как через много лет Трейси скажет: «А помнишь, как мы ходили по магазинам, пока ты не свалился с ног? Когда еще не все на свете покупали по сети?»

Трейси встала из за стола.

– Следующий урок будет, когда я вернусь из туалета.

Когда она ушла, Джон вздохнул с облегчением.

Вскоре появилась Молли с напитками. Она присела на свободный стул напротив Джона и начала его рассматривать.

– Чертовски здорово, – сказала она и неожиданно взяла его за руку. – Но ты не думаешь, что все зашло слишком далеко? Забавно однажды надеть чужую маску, когда тебя пригласили на вручение «Оскара» или куда то еще в этом роде. Но полностью изменить свою личность… На каком то этапе может стать страшновато.

– Особенно, если посмотреть в зеркало или на банковский счет, – шутливо согласился Джон. – Зато сегодня на меня обратили внимание шесть или даже семь женщин. Этого никогда раньше не случалось.

– У меня никогда раньше не было цирроза печени, но это не значит, что получить его было бы такой уж удачей, правда? – парировала Молли. – Я хочу сказать, теперь девушки обращают на тебя внимание, но это же не настоящий ты. – Она помолчала. – Это даже можно считать предательством, отречением от себя.

Молли снова сделала паузу, чтобы ее слова прозвучали весомее. Но Джон слишком устал для таких сложностей. Он просто сидел, ни о чем не думая и потирая под столом одну ногу о другую. Молли оглядела зал, словно искала подтверждения своим словам.

– Я не хочу вставлять вам палки в колеса, но скажи, ты когда нибудь был во Фривэй парке?

Фривэй парк был построен на огромной крыше, сооруженной над скоростной автострадой. Там было очень красиво: водопады, террасы и ухоженные газоны.

– Конечно, – удивился он.