|
Но чтобы ты еще научился быть бережливым, так я посылаю тебе на эту суконную вещь только четыре рубля. А если ты будешь хорошо учиться, так я тебе после каникул куплю вот что: Первое - рот по-немецки, второе - не наше означает. А целое - покупают ребенку, когда он в гимназию поступает. Это мунд-ир;* вы сразу догадались, правда, пан Вокульский? _______________ * Mund - рот, ihr - ваш (нем.). - Так, значит, вся ваша семья увлекается шарадами? - спросил Вокульский. - Не только моя, - отвечал Шлангбаум. - У нас, то есть у евреев, когда собирается молодежь, так они не занимаются, как у вас, танцами, комплиментами, нарядами, пустяками, а они делают вычисления или смотрят ученые книжки, экзаменуют друг друга или решают шарады, ребусы, шахматные задачи. У нас ум всегда занят, и поэтому у евреев головы умные, поэтому, не в обиду вам будь сказано, они весь мир завоюют. Вы все делаете сгоряча, запальчиво, а мы берем умом и терпением. Последняя фраза поразила Вокульского. Ведь он добивался панны Изабеллы именно умом и терпением... Сердце его наполнилось бодростью, он перестал колебаться и вдруг сказал: - У меня к вам просьба, пан Шлангбаум... - Ваши просьбы для меня - все равно что приказ, пан Вокульский. - Я хочу купить дом Ленцкого... - Ну, я знаю этот дом. Он пойдет за шестьдесят тысяч, может быть немного дороже. - Я хочу, чтобы он пошел за девяносто тысяч, и мне нужен человек, который бы поднял цену до этой суммы. Еврей широко раскрыл глаза. - Как? Вы хотите заплатить на тридцать тысяч дороже? - спросил он. - Да. - Извиняюсь, но я не понимаю. Если бы это ваш дом продавали, а Ленцкий хотел бы его купить, - ну, тогда вам было бы выгодно набить цену. Но если вы покупаете, вам выгодно снизить цену... - Мне выгодно заплатить дороже. Старик покачал головой и, помолчав, снова заговорил: - Если бы я вас не знал, я бы подумал, что вы делаете невыгодную сделку; но ведь я вас знаю, так я себе думаю, что вы делаете... странную сделку. Мало того что вы вкладываете наличные деньги в стены и теряете на этом процентов десять годовых, так вы еще собираетесь переплатить тридцать тысяч рублей... Пан Вокульский, - прибавил он, беря его за руку, - не делайте такую глупость. Ну, я вас прошу... Я, старик Шлангбаум, прошу вас... - Поверьте мне, я на этом выгадаю... Еврей вдруг поднял палец ко лбу. Блеснули глаза и белые, как жемчуг, зубы. - Ха-ха! - рассмеялся он. - Ну, видно, я уж совсем постарел, если сразу не догадался. |
