|
Я уведу вас к оранжерее, а папа с тетей пусть отдохнут здесь. - Ты не боишься, Белла? - Я думаю, тетя, вы не сомневаетесь, что в обществе пана Вокульского ничего дурного со мной не случится. Вокульскому кровь бросилась в лицо, по губам графини пробежала едва заметная улыбка. Воцарилось затишье; то было мгновение, когда, сдержав могучие силы, природа как бы приостанавливает свою извечную работу, чтобы ярче оттенить счастье существ малых и смертных. Ветер еле-еле дышал - казалось, только затем, чтобы овевать прохладой спящих в гнездах птенцов и облегчать полет насекомым, спешащим на свадебный пир. Листья деревьев чуть трепетали, словно их колыхало не движение воздуха, а тихо скользящие солнечные лучи. Кое-где во влажной листве блистали капли росы, отливая всеми цветами радуги, точно упавшей с неба на землю. Казалось, замерло все: солнце и деревья, снопы света и тени, лебеди на пруду и рой комаров над ними, замерли даже сверкающие волны на синей поверхности воды. Вокульскому почудилось, что в этот миг стремительное течение времени отделилось от земли, оставив после себя лишь несколько прозрачных белых полос на небе, - и теперь уже ничто не изменится, все останется таким как есть, навеки. И они с панной Изабеллой вечно будут бродить по ярко освещенному лугу, окруженные зелеными купами деревьев, среди которых, словно черные бриллианты, поблескивают кое-где любопытные птичьи глаза. И никогда не исчезнет в нем ощущение беспредельной тишины, а у нее этот томный взгляд и румянец, и перед ними, целуясь на лету, вечно будут порхать два белых мотылька. Они были на полпути к оранжерее, когда панна Изабелла, по-видимому смущенная тишиною, заговорила: - Какой прекрасный день, не правда ли? В городе жара, а здесь такая приятная прохлада! Я очень люблю Лазенки в этот час: людей мало, и каждый может найти себе укромный уголок. Вы любите уединение? - Я привык к нему. - Вы не были на концерте Росси? - спросила она, еще сильнее зарумянившись. - Как, вы не видели Росси? - повторила она, глядя на него с удивлением. - Нет еще, но... пойду. - Мы с тетей были уже на двух спектаклях. - Я буду ходить на все... - Ах, как хорошо! Вы увидите, какой это великий актер. Особенно прекрасен он в Ромео, несмотря на то... что сам уже не первой молодости. Мы с тетей познакомились с ним еще в Париже... Очень милый человек, но главное - гениальный трагик. В его игре сочетается самый подлинный реализм с самым поэтическим идеализмом... - Должно быть, он действительно велик, если внушает вам такое восхищение и симпатию. - Вы не ошиблись. Я знаю, мне не суждено совершить ничего замечательного, но я по крайней мере умею ценить людей необыкновенных. |
