– Что касается меня, то я не поставил бы на свою силу воли ни единого шиллинга, мой дорогой Монро. – На лице Джонни появилась легкая ироничная улыбка. – В конце концов, я не так часто практиковался в том, чтобы ее закалить.

– Ты вообще никогда не практиковался, так что это будет очень любопытный эксперимент, – весело подхватил Монро.

Внезапно рассмеялся и сам Джонни.

– Господи, это же будет преступлением против природы!

– Только против твоей природы, мой друг.

– И возможно, против природы… леди Грэм, – тихо выдохнул Джонни.

12

В это же самое время леди, о которой беседовали двое мужчин в Равенсби хаусе, садилась в экипаж, чтобы отправиться в недолгое путешествие в Хоувик, лежавший по другую сторону границы. Вооружившись многочисленными пособиями по строительному делу, эскизами нового дома, дюжиной платьев и радостным настроением, Элизабет не могла дождаться, когда наконец она увидится с Монро. Она не хотела признаться себе в том, что ее радость по поводу возобновления дружбы с Монро имела хоть какое то отношение к его красивому и мужественному кузену. Точно так же Элизабет старательно отгоняла от себя мысли о том, почему она едет на свадьбу родственницы, с которой была едва знакома.

Вместо этого она убедила себя в том, что нуждается в отдыхе. В течение последних недель она не покладая рук трудилась, чтобы подготовить все к строительству нового дома в своем поместье «Три короля», а теперь, чтобы окончательно покончить с подготовительными работами, ей нужна была профессиональная помощь. И вот, когда Монро в одном из своих писем упомянул, что собирается приехать в Хоувик на свадьбу Локхарда, Элизабет подумала: «Может ли представиться лучшая возможность, чтобы увидеться с ним и воспользоваться его опытом! К тому же неужели за свои двадцать четыре года я не заслужила хотя бы один праздник!»

Да, она заслужила ту радость, которую доставит ей общение с Монро.

Она ощущала себя юной и в то же время испытывала странное ощущение женщины, которая впервые наслаждается прелестями молодости.

Она ликовала, ей хотелось петь. Сидя в своей роскошной карете, Элизабет улыбалась сама себе. Она улыбалась так часто, что ее служанка велела кучеру остановиться у ближайшего трактира, чтобы перекусить. Ей показалось, что ее хозяйка глотнула лишку нового французского бренди, присланного недавно из Равенсби.

Родня Хотчейна с радостью встретила приезд Элизабет на их торжество, и юная невеста приветствовала ее с раскрытыми объятиями. Без сомнения, ее восторг был подогрет также дорогим свадебным подарком, полученным ею, но разве это не самый приятный способ потратить деньги, решила Элизабет – помочь чете молодоженов, которые только начинают обустраивать свое хозяйство!

Элизабет не передохнула ни секунды с того момента, как она приехала в субботу. Десятки Грэмов желали возобновить знакомство с нею, а ведь она даже забыла, насколько обширен их клан. После ужина она танцевала и болтала с другими гостями, то и дело поглядывая краем глаза на дверь в ожидании появления Монро. Было уже десять вечеpa, no его все еще не было, хотя Монро и написал Элизабет, что намерен приехать в Хоувик часа в два.

И тем не менее она не сомневалась в том, что Монро приедет. Вероятно, что то задержало его. Ведь в известном смысле он был человеком подневольным. Впрочем, поскольку бракосочетание было назначено на понедельник, Монро успевал на церемонию, с какими бы задержками ему ни пришлось столкнуться.

В то самое время, когда Элизабет недоумевала по поводу отсутствия Монро, он въехал в Хоувик – разгоряченный, взмокший и запыленный. Вдобавок ко всему он ехал на чужой лошади – его любимый скакун захромал в Эшкирке. До самого полудня он искал кого нибудь, кто мог бы со знанием дела осмотреть поврежденную ногу лошади.