|
Я не думаю, что у кого-то хватило бы решимости продолжать после всего того, что там произошло. Здание было снесено, земля залита бетоном, и, насколько мне известно, на этом месте собираются построить что-то вроде памятника, мемориала или надгробия. Это случилось через две минуты после приветствия Хокера и шестьдесят секунд спустя после того, как в здании погас свет. Когда кто-то сумел наконец включить два-три светильника, было уже слишком поздно. Все заведение превратилось в сумасшедший дом. Взрослые, одетые под детей, кричали, рыдали, пытаясь вырваться, сотни пьяных гуляк, охваченных смертельным ужасом, в страхе за свои жизни бросились к дверям. Все они чихали. Это была какая-то какофония назальной немочи. Воздух был наполнен слюной, соплями и слезами вперемешку со слизью, плевками и пеной. Мне повезло. Сразу после того, как погас свет, и перед тем, как черный вулканический порошок просыпался в зал из противопожарных разбрызгивателей, я почувствовал чью-то мягкую руку у себя на губах, другая рука уперлась мне в спину и принялась подталкивать к выходу, проворно пропихивая меня сквозь толпу. Потом уже я узнал, что пятьдесят четыре человека попали в больницу, получив повреждения в давке, которая образовалась, когда люди ринулись к выходу. — Что случилось? — выдохнул я, когда мы вышли из зала и Барбара отняла ладонь от моего рта. Охотник Директората подняла руку, обычным своим жестом призывая к тишине. Хилый вышибала стоял, остолбеневший и беспомощный, пока клуб выблевывал из себя завсегдатаев. — Вызывайте службу ликвидации чрезвычайных ситуаций. Скажите, что здесь катастрофа, — приказным тоном проговорила Барбара. Человек туповато кивнул и подчинился. Пока я пытался успокоить какую-то молодую женщину, у которой из носа уже потекла кровь, Барбара, энергичная и хладнокровная, заговорила в ушной прибор. — Сэр? Голос мистера Дедлока гулко зазвучал у меня в голове. — Надеюсь, у вас хорошие новости. — Он помолчал. — Что там за гвалт? Голос Барбары спокойно, уверенно звучал среди этого хаоса. — Похоже, Старосты распылили в здании что-то вроде чихательного порошка, сэр. — На кой черт им это нужно? — А зачем маленькие мальчики делают всякие гадости? Ради смеха. Чтобы развлечься. — И где теперь эти гады с шишковатыми коленками? Барбара вытащила свой наладонник. — Я их вижу, сэр. Мы можем их найти. — Тогда догоняйте их. — Здесь люди умирают, — сказал я. Старик впал в ярость. — Если вы не выполните своих обязанностей, этот город перестанет существовать в том виде, в каком мы его знаем. — Я возьму машину, — сказала Барбара. — Мы их достанем. Барбара исчезла из вида, прежде чем я успел придумать ответ. Я старался как мог утешить девушку, пытался остановить кровь, советовал ей дышать поглубже и не думать о чихании. Похоже, это немного успокоило ее, а потому я чем мог попытался помочь другим жертвам, но наконец целый отряд машин «скорой помощи» с включенными сиренами прибыл в клуб. Я передавал в руки санитаров человека, тело которого вот-вот готово было разорваться на части, когда Барбара рывком подняла меня на ноги. На ней был черный плащ, полы которого развевались на ветру. — Мы уходим. Быстро. — Но эти люди… — Вы им ничем не поможете. — Где машина? Где Барнаби? Где Джаспер? — Машина горит. |
