|
— Куда? — На свидание. — Впервые за этот день мне захотелось улыбнуться. Прежде чем я ушел, Джаспер железной хваткой вцепился в мое запястье. — Завтра с утра первым делом — на «Глаз». Исход войны неясен, сейчас все решается. — Он откинулся на спинку стула и пригубил пиво. — Поспешите. Чтобы Эбби вас не ждала. Я опрометью бросился к двери и скорее — к вокзалу, радуясь свободе. И только потом меня вдруг осенило: а откуда это Джаспер знает ее имя? Она ждала перед входом в кинотеатр «Клапа пикчер-хаус», ее красивое лицо было искажено гримасой раздражения. Наверное, видок у меня был далеко не лучший, потому что, стоило ей увидеть меня, как раздражение на ее лице сменилось сочувствием и тревогой. Она суетилась вокруг меня, разглаживала мои волосы, расправляла на мне пиджак, снимала хлопья сажи с лацканов. — Что случилось? От тебя пахнет дымом. Я не знал, что ей можно рассказать. — Я был в доме деда. А там произошло несчастье… пожар. — Ах ты бедняга. — Она поцеловала меня невинным поцелуем в лоб. — Да ты как будто на войне побывал. — Так все запутано. — Слушай, фильм мы пропустили. Вид у тебя — хуже некуда. Давай лучше домой. Я кивнул в благодарном согласии. — Извини, что так получилось. — Ничего страшного. — Она усмехнулась. — Придется тебе компенсировать мне потери. Три остановки по Северной линии — и мы снова были дома. Эбби приготовила бобы на тостах, мы молча посидели рядышком, и атмосфера между нами густела невысказанным. — Как дела на работе? — спросил я наконец. — А, как обычно, — сказала она. — Скучновато. Еще пара богачей разводится. Я начинаю думать, что жизнь должна быть совсем другой — более полной. — Я тебя понимаю. — Генри? — А? — Что с тобой происходит? Я поколебался. — Не могу тебе сказать. Очень бы хотелось, но не могу. — Если тебе понадобится кто-нибудь… — Спасибо. Она наклонилось и поцеловала меня в губы — долгим, неторопливым поцелуем. Я удивился тому, что мне хватило сил ответить на ее поцелуй. — Эбби? — сказал я. Мы лежали на диване бок о бок, сплетя руки в робком объятии. — Что бы ты сказала… как бы ты прореагировала, если бы я тебе сообщил, что в этой стране много лет идет гражданская война? Что, если бы я тебе сказал, что маленький отряд ведет с королевским семейством войну не на жизнь, а на смерть с тысяча восемьсот пятьдесят седьмого года? Эбби рассмеялась. — Боже мой, Генри, ты так не похож на других парней, с которыми я встречалась. Я уставился на нее ледяным взглядом. — Пожалуйста, скажи, что ты шутишь, — сказала она. — Конечно, — ответил я, презирая себя за малодушие и страх. — Конечно. Это просто шутка. 9 Плавая в околоплодной жидкости, Дедлок, чья морщинистая нагота была прикрыта одними трусами, взирал на меня сквозь стекло своего саркофага. — Вы не смогли извлечь ничего ценного из дома вашего деда. |
