|
Так оно и случилось. Залпы, как это бывает, когда их особенно ждешь, прозвучали неожиданно громко, под ногами от сильных разрывов дрогнула земля. Вскоре они слились в один непрекращающийся гул, который перекрывал все остальные звуки. Артиллерия разрушала, продолжала перемешивать землю, дробила, убивала, нагнетала страх ровно пятнадцать минут. И, когда умолк последний залп, а над крепостью повисло плотное облако из пыли и дыма, вперед короткими перебежками, стреляя из автоматов и под прикрытием бронемашин, на приступ крепости двинулся второй штурмовой отряд.
— Давай! Давай! Не останавливаться! — не удержавшись, поторапливал командир дивизии, наблюдая за действиями штурмового батальона. За штурмовиками, растянувшись в длинные цепи, устремилась пехота. Отряд за отрядом скрывался в густом тумане, словно бы исчезал в никуда. Крутанув ручку телефона, генерал-майор сказал: — Командира полка мне! — Подполковник Крайнов на связи, товарищ генерал-майор, — прозвучал голос командира полка. — Доложите, что у вас там происходит! — Под прикрытием дымовой завесы штурмовые батальоны преодолели ров и через бреши в крепостной стене сумели проникнуть в западное крыло здания, и в настоящее время мы ведем бой за овладение юго-восточной частью второго редута. — Мне нужно знать, когда возьмете второй редут! — Немцы оказывают яростное сопротивление. Продвижение дается трудно. У нас серьезные потери… — Я задал вопрос, товарищ подполковник! На короткое время в трубке установилась тишина, лишь иногда прерываемая разрывами снарядов. — Уверен, что к концу дня редут будет взят. — К концу дня слишком поздно, постарайтесь взять его раньше, — сердито проговорил генерал-майор и положил трубку. Некоторое время Мотылевский размышлял: а подходящее ли сейчас время для доклада? А потом поднял трубку. Дивизия с некоторыми трудностями продолжала двигаться вперед, а значит, есть что доложить командованию. Приложив трубку телефона к уху, он произнес: — Соедините меня с командующим армией. — Докладывайте, что там у вас? — услышал командир дивизии глуховатый требовательный голос командарма Чуйкова. — Первый штурмовой батальон полковника Крайнова овладел первым редутом, сейчас идет бой за овладение вторым редутом, а панцирная пехота переходит ров. — Почему не по мосту? — Немцам удалось взорвать мост. — Почему не строите мост? — Товарищ командующий, саперы строят штурмовой мост прямо под огнем противника. Скоро он будет возведен, и по нему вторым эшелоном пойдет пехота. — Форт «Виняры» должен быть взят завтра. В крайнем случае послезавтра. — Делаем все возможное, товарищ генерал-полковник. — А мне нужно, чтобы вы делали все невозможное, — повысил голос Чуйков. — Докладывать мне каждый час!
Глава 23 Верное назначение
Город Позен был взят русской армией. Пали все форты Цитадели, за исключением главной его крепости — «Виняры». В сравнении с Третьим рейхом форт «Виняры» был безмерно мал, что совершенно не имело значения, — это была немецкая земля, а значит, ее нужно было защищать, как отчий дом. Даже если предстоит испить горькую чашу поражения. Русские настойчиво барабанили тяжелыми снарядами в центральные ворота крепости, и генерал-майор Гонелл понимал, что скоро они рухнут, но сил, чтобы противостоять натиску мортир и гаубиц, у него практически не оставалось. Танки и тяжелые орудия, окружавшие Позен, были уничтожены в первые недели боев. |
