Он удостоил Юара лишь беглого взгляда, когда ушел в свой кабинет и закрыл за собой дверь. Следуя инструкциям Алекса, он взял телефон и позвонил коллеге из уголовной полиции – узнать, когда те собираются проводить задержание, и сказал, что хотел бы присутствовать на допросах.

– Мы заберем его сегодня после обеда, – ответил коллега. – Мы следили за ним со вчерашнего вечера, он вроде бы сидит кукует дома с женой.

– Никто из них не выходил из квартиры со вчерашнего дня?

– Кажется, нет.

– Ну, хотя бы они не собираются сбежать из страны.

Сотрудник уголовной полиции сменил тему.

– Мы получили информацию о финансовом положении Свена Юнга, – сказал он многообещающе.

Петер молча ждал продолжения.

– Наш приятель Свен, как выяснилось, испытывает серьезные финансовые затруднения в последние годы. Квартира заложена по максимуму – последний заем был сделан в декабре, – и кроме этого он задолжал нескольким банкам весьма приличные суммы. Он и жена очень удачно продали два года назад летний домик, но эти деньги, кажется, быстро испарились.

Петер задумчиво вслушивался. Долги. Деньги. Вечно эти проклятые деньги. Неужели все было так просто и на этот раз?

– Но на что они живут с женой?

– В принципе на свои пенсии.

– В общем, без шика, – подытожил Петер.

– Мягко выражаясь, – согласился коллега. – О доходах жены, естественно, тоже сказать нечего.

– Но ведь у них раньше был дом, – вспомнил Петер.

– Да, был, – согласился полицейский. – И его продали очень хорошо, там миллионная прибыль, но и эти деньги исчезли.

«Мало того, – думал Петер. – На самом деле мы наверняка знаем, куда делись деньги, надо только вспомнить».

– Наша рабочая гипотеза состоит в том, что Свен ввязался в ограбления единственно по причине своего сложного финансового положения, – заключил коллега.

– А убийство Юсефа у университета?

– Они, скорее всего, хотели избавиться от исполнителя, чтобы замести следы, – просто ответил он.

Слишком просто.

– Кто «они»? – недоуменно спросил Петер.

Коллега на другом конце провода начинал терять терпение.

– Мы же не станем предполагать, что Свен Юнг все провернул в одиночку, – произнес он наставительно, как разговаривают с ребенком, а не с бывалым профессионалом.

– У вас уже есть имена других замешанных?

– Мы работаем над этим, – ответил коллега. – Сообщим, как только будут известны подробности.

Петер уже собирался положить трубку, как вспомнил еще одну деталь, о которой его просил Алекс:

– Посмотрите, не фигурирует ли у вас где‑нибудь такая Марья Альбин?

– Разве она не умерла?

– Да, но есть шанс, что у вас найдутся факты, подтверждающие связь между ней и Свеном.

У него пересохло во рту, когда он произносил последние слова. Алекс сказал, будто угрозы Якобу посылала Марья.

«Марья и Свен, – подумал он. – Не по вашей ли вине ваши семьи перестали дружить?»

* * *

В детстве Фредрике нравилось складывать пазлы. В десять лет она собрала свой первый пазл из тысячи фрагментов. У нее, как сказал тогда дедушка, прямо сверхъестественная способность видеть и запоминать детали.

– Волшебство, – говорила мама, гладя ее по голове.

На волшебство Алекс отвел Фредрике пятнадцать минут, прежде чем спуститься встретить Юханну Альбин.