|
Японцы развили и углубили искусство го. В отличие от многих китайских заимствований, которые прекрасно развивались и на родине, го смогло достичь расцвета только в Японии. Но это случилось лишь в эпоху Эдо, под защитой бакуфу. Долгое время, почти тысячу лет, го в Японии не получало никакого развития. В Китае считали, что игра в го воплощает принципы Неба и небожителей, но только в Японии открыли мудрость го как «триста шестьдесят одного пути», которая олицетворяет законы Неба, Природы и человеческой жизни.
И в Японии го стало большим, чем простое заимствование и подражание. У других народов нет столь развитых спортивных игр и развлечений, как го и сёги. И вряд ли где-нибудь еще возможна партия в го, где игрокам отводится восемьдесят часов на ходы на протяжении трех месяцев. Как и театр Но, и чайная церемония, го служит выражением тайны японского духа. Я слышал, как мэйдзин Сюсай рассказывал в Хаконэ о своих поездках по Китаю, хотя все его разговоры сводились в основном к тому, с кем он играл и с какой форой. Считая, что в Китае сильное го, я спросил: – То есть китайские сильные игроки так же сильны, как и японские любители? – Примерно так… Они, может, несколько слабее, но любители примерно одинаковые. В Китае нет профессионалов. – Тогда если японские и китайские любители примерно одинаковые, то значит, китайцы могут взрастить таких же профессионалов, как японцы? – Конечно. – Будем надеяться. – Не все сразу, конечно же… Там есть хорошие игроки, и они очень любят играть на деньги. – То есть задатки есть? – Наверняка. Ведь появились же такие, как Го Сэйгэн… Я собирался вскоре навестить игрока шестого дана Го Сэйгэна. Поскольку теперь ход прощальной партии мэйдзина стал ясен, меня заинтересовали комментарии шестого дана. Они шли в дополнение к моим репортажам. Го Сэйгэн, гений, родился в Китае и жил в Японии – что символично, учитывая его дар. Ведь он смог стать профессионалом именно в Японии. Часто в той или другой стране появлялись такие гении, которые расцветали только в Японии. И шестой дан Го – великолепный тому пример. Его талант, который в Китае остановился бы в своем развитии, был взращен именно в Японии. И ведь его, еще мальчика, обнаружил японский игрок в го. Еще в детстве он изучал японские руководства. Иногда я ощущал в нем свет китайской мудрости го, более древней, чем японская. Но этот яркий источник света оказался погребен под слоем пыли и грязи. Шестой дан был гением от природы, но без возможности выпестовать свой талант он бы зарыл его в землю. Конечно, в Японии тоже наверняка нашлось бы много игроков в го, чей талант остался загублен. Подобное нередко случается по всей стране. Ведь наверняка есть множество примеров прошлых талантов и умений, ныне угасших – как и тех, кто сокрыт в прошлом и настоящем, но обязательно проявится в будущем.
29
Шестой дан Го Сэйгэн сейчас жил в высокогорном санатории в Фудзими. После каждой встречи журналист Сунада приезжал к нему и записывал его комментарии, которыми я при необходимости дополнял свои репортажи. Газета назначила Го Сэйгэна комментатором, потому что на пару с седьмым даном Отакэ они были молодыми игроками-звездами и пользовались авторитетом и популярностью. Шестой дан переутомился, играя в го. Кроме того, на душе у него было неспокойно из-за войны между Японией и Китаем. Он написал эссе, где выразил надежду на скорый мир и желание плавать на лодке по великолепному озеру Тайху в компании японских и китайских друзей. |
