– Я встречусь с Молли, и мы договоримся о времени, – предложила Ханна. – Давайте посетим фермеров и начнем планировать. Пусть это не очень много, но это начало.

Дейв усмехнулся.

– Я в деле. Только скажи.

– По прежнему остается ополчение, – напомнил Лиам. – Вы видели, что они сделали с продовольственной кладовой Бишопа. Они не хотят конкуренции.

– Мы начнем с малого, – пообещала Ханна. – И будем осторожны.

Лиам хмыкнул, неубежденный.

Они дошли до дома, и Дейв провел их к кабинету, пристроенному к задней стороне гаража. Он показал жестом на огромную антенну, возвышающуюся на сорок футов в серое небо.

– Вот где происходит волшебство!

Они вошли в кабинет Дейва – большую комнату, заставленную полками с оборудованием – радиоприемниками и трансиверами, сканерами, двусторонними портативными устройствами, несколькими настольными компьютерами и узлами силовых кабелей. На заднем плане гудел небольшой генератор.

В помещении было прохладно, но не холодно. Ханна расстегнула куртку, сняла перчатки и шапку.

Лиам остался у двери, держа М4 в руке, чтобы наблюдать через окно, выходящее на юг, за дверью и восточным окном.

– Большое спасибо вам за это, Дейв, – произнесла Ханна.

– Я хочу быть полезным, понимаешь? Мое тело стареет и начинает болеть. Этот зверский холод заставляет мои суставы чувствовать себя как сосульки, которые вот вот треснут.

Ханна улыбнулась.

– Тем не менее, вы хорошо выглядите.

Щеки Дейва зарумянились.

– Ничто так не красит день, как комплимент от красивой женщины. – Он устроился в удобном игровом кресле. – Теперь скажи мне, кого мы ищем.

– Мои родители живут на тридцати акрах земли недалеко от Бреворта в Южном округе, – ответила Ханна. – У них нет радиоприемника, но есть у их соседа, Стэнли Барнса. Он живет на этой дороге уже сорок лет. Если он все еще там… если мои родители и Оливер все еще там…

Дейв сделал несколько пометок на листке бумаги рядом с микрофоном.

– Понятно. Это уже что то. Мы можем поработать с этим. Хотя поиск может занять некоторое время. У меня есть контакт в Траверс Сити и еще один на острове Макинак. Операторы помогают друг другу. Мы вытащим иголку из стога сена. На данный момент я нашел пятьдесят друзей и членов семьи. Люди не могут добраться друг до друга, но услышать знакомый голос, узнать, что они в безопасности, – это очень важно.

Ханна кивнула, ее глаза блестели. Она прикусила нижнюю губу, словно пытаясь не заплакать. Отвернувшись, она тайком вытерла глаза.

У Лиама защемило в груди: тоска по утрате Ханны и по его собственной. Его близнец, Линкольн, и его невестка, Джесса, умерли меньше двух месяцев назад.

Время растягивалось, как аккордеон. Шесть недель назад планета все еще вращалась, как и всегда. Лиам жил отшельником, работая на своем приусадебном участке в северном Мичигане, одинокий и замкнутый. Он отвернулся от всего мира.

Потребовался крах всего и смерть самых близких и дорогих людей, чтобы он с воплями и пинками вернулся на землю живых.

Если бы только он очнулся раньше.

Лиам оторвал взгляд от Ханны и потер подбородок, его борода уже колола пальцы. Невосполнимая утрата пробила дыру в центре его сердца. Она никогда не заживет полностью, но боль уменьшалась. Каждый день становилась немного меньше, чем накануне.

Из за Ханны. Из за Шарлотты, Майло и Призрака.

Линкольн и Джесса значили для него все. Когда они умерли, Лиам думал, что потерял самое главное – все, что когда либо могло иметь значение.

Как же он ошибался.

Он проглотил комок, сгустившийся в горле.

– Как идут дела во внешнем мире?

Дейв пожал плечами.