|
Один был тот самый парнишка, что указал Стасу дорогу сюда. Трое других казались значительно старше. Колотившего в дверь высокого тучного мужика лет под сорок украшали железные зубы и бельмо на глазу. Это был некоронованный король второго бугра Саня Зуб. Его знала и побаивалась вся местная шпана. В лагерях и тюрьмах он провел половину жизни и сидел постоянно по тяжким статьям — за мокруху, разбои и тяжкие телесные повреждения. Гном бесплатно, из уважения, снабжал урку наркотиками, до которых тот был большой охотник. Саня, как и все патентованные блатные старой закалки, хоть и презирал барыгу, но все же поддерживал с ним снисходительно-покровительственные отношения. Пару раз силой своего авторитета решил его мелкие проблемы, заключавшиеся в основном в выколачивании долгов с неплатежеспособных наркоманов.
Когда к нему прибежал его двоюродный брательник и заявил, что какой-то мужик про Гнома расспрашивает, он сидел в гараже с двумя своими корешами и играл в домино. Все трое немедленно изъявили желание наведаться к Гному якобы для того, чтобы незнакомца проверить, что, мол, за пассажир, ну и заодно раскрутить старика на пару «косых». Блатные уже напились баночного пива, вылакав его целый ящик (прошлой ночью подняли магазинный склад тремя кварталами ниже) и самое время было залакировать все это дело терпким гашишным дурманом. — Кто такой? — поинтересовался Зуб, когда Стас вышел за калитку. Стас улыбнулся и попытался обойти его. Саня положил ему руку на плечо и задержал. — Невежливый. — обратился он больше к своим кентам, чем к незнакомцу. — Не уважает, наверное, — сипло пробасил худой длинный мужик по кличке Гундосый. Его тощие руки с исколотыми венами были сплошь покрыты татуировками. Третий блатной здорово смахивал на цыгана. Его тут знали под именем Шурик. Шурик, сунув руку в карман, стал заходить Стасу за спину. Подлый Гном, выпустив Стаса, тут же захлопнул калитку и крикнул из-за забора: — Санек, пацаны! Это стукач мусорской! Зуб лишь крепче сжал татуированные цепкие пальцы на плече Стаса: — В натуре, что ли? Стукач? — Стас спокойно, даже с ленцой ответил: — Брешет старый мерин. В цене просто не сошлись. Грабли прибери! — Да мусор он! Век воли не видать, Санек! Мусор! — опять заорал из-за забора Гном. Четверо местных обступили Стаса со всех сторон. Особенно не понравился ему цыганистый Шурик. Он не смотрел нагло и вызывающе, как остальные, а, скромно поту<style name="111">пив глаза, поглаживал что-то в кармане. Если там у него пушка, то дело плохо. Запросто пальнуть успеет. Если что, его первым вырубать нужно. Зуб рывком притянул Стаса к себе: — А ну колись, сука, чего тут пасешь? — Вторая рука его стала сжиматься в кулак, и стало ясно, что сейчас последует удар. Поняв, что без драки дело все равно не обойдется, Стас начал первым. Резко схватив Зуба за грудки, он швырнул его на Шурика. Они столкнулись и замешкались. Не давая им опомниться, Стас двинул Саню ногой в толстый живот. До солнечного сплетения не достал, засадил чуть выше широкого ремня с металлической пряжкой-черепом. Зуб охнул и, увлекая за собой Шурика, тяжело упал. Гундосый проворно нагнулся и вытащил из кирзового сапога железный прут. Он постоянно таскал его с собой, так как промышлял уличными разбоями. Прогуливаясь по ночному городу, выбирал подходящую жертву и, угрожая расправой, облегчал карманы. Если же клиент был не согласен с такой постановкой вопроса, Гундосый без затей просто проламывал ему прутом череп. Стас кинулся на него, но тот отмахнулся железякой. Сообразив, что тощего наскоком не взять, он оглянулся, ища пути к отступлению. Потянулся за оружием. С недоумением зашарил по левому боку. Что такое? Где же пистолет? «Вальтера» не было. |
