--  Так сказала мадам инспектор, – деланно пожала плечами волонтёр, и, чуть  повернув голову, вдруг с озорным видом подмигнула мне так, чтобы девочка не  заметила, – но если хочешь, спроси у него сама.

–  Обязательно спрошу, – серьезно подтвердила носительница очков и уставилась на  меня, – так ты – новенький и в стране, и в Системе?

–  Всё верно, – подтвердил я, краем глаза наблюдая осторожную ретираду негритянки,  – я действительно долго жил в Японии, хотя меня действительно зовут Алан. Алан  Смит.

– Я  буду называть тебя просто Алан, а ты меня Мэган, Мэг, можно даже Мэгги, но  только не Занудой, мне это прозвище не нравится, – обстоятельно расставила всё  по местам собеседница, дождалась, пока я кивну, и быстро, с нажимом спросила: –  Как ты относишься к Хэллоуину?

–  Никак не отношусь! – открестился я. Ну да, сложно проникнуться зарубежным  праздником, если у тебя в стране его “празднуют” в основном в соцсетях и  немного в кофейнях, выставляя тыквенное печенье к кофе. А из Японии просто банально  уплыл раньше, чем наступило 31 октября.

–  Ответ верный, – как-то даже величаво согласилась со мной собеседника и указала  рукой на стену. Там, над её кроватью, висел старательно вырезанный из бумаги и  раскрашенный вручную знак с перечеркнутой тыквой, – знай, в этом помещении  Хэллоуин запрещен! Если придёт нужда – дарую тебе право испросить у меня  убежища от этого ежегодного безумия.

–  С-спасибо, – только и смог я выдавить из себя.

–  Пожалуйста, – Мэг кивнула, – а теперь – список правил для иностранцев. Так  запомнишь или дать записать?

–  Пока что положусь на память, – н-да, теперь понимаю, почему беднягу погоняют  “занудой”. Крайняя обстоятельность плюс очевидные заскоки “не от мира сего” –  детки могли еще чего похуже придумать.

–  Тогда я начинаю.

Мэгги  жестом развернула голографический монитор, который у неё оказался во всю стену  – наверное, когда в дверь постучали, убрала изображение. Целая пачка открытых  окон следующим небрежным движением кисти отправилась за край экрана – а взамен  открылось окно презентации.

“Правила  Мэган для иностранцев, версия 1.2.0.14” – гласило название. И впрямь –  зануда!

–  Пункт первый, самый важный, – провозгласила девочка, одновременно переворачивая  виртуальный лист, – отныне ты – патриот!

–  П-понял, – согласился я, не зная, плакать мне или смеяться. На слайде рядом  разместились фотографии развевающегося звёздно-полосатого флага, Белого Дома,  шпиля Мемориала в Вашингтоне, идущего полным ходом авианосца и… макдональдса.  Все это было крупно подписано: “горжусь!!!”

– Если  кто к тебе полезет, сразу ори про то, что ему наплевать на собственную страну и  ради собственного гонора он готов растоптать Америку и демократию, – деловым  тоном пояснила мне Мэган, – я проверяла, всегда срабатывает.

–  Запомнил накрепко, – пообещал я, и поблагодарил, – спасибо!

–  Это моя работа, – важно согласилась хозяйка комнаты и перелистнула слайд. –  Правило второе: про цвет кожи нельзя говорить и писать. Вообще ничего. Совсем.  Табу. Один раз ляпнешь – все узнают, соцсети и мобилы у всех.