|
}, на взгляд Эмброуза, более человечной комната Бентли от них не стала. - Вам не нравится? Вы должны помнить их по Бедфордсквер. - Мне они очень нравятся. Я прекрасно их помню, но не кажется ли вам, дорогой Джефри, что здесь от них веет чем-то похоронным? - Да, - грустно проговорил Бентли. - Да. Я понимаю, что вы хотите сказать. Здесь они и вправду раздражают служащих. - Раздражают? - До умопомрачения. Вот, взгляните. - Он протянул Эмброузу длинную, отпечатанную на машинке памятную записку, озаглавленную "Мебели - нежелательность сверх служебных потребностей". - Ну, а я отослал им вот это. - Он протянул еще более длинное послание, озаглавленное "Произведений Искусства, способствующих душевному спокойствию, отсутствие в помещениях консультантов". - И получил сегодня вот это. "Цветов, обрамленных фотографий, а также прочих мелких украшений и массивных мраморных монументов и мебели красного дерева декоративными особенностями различие между". Как видите, ярость прорывается тут аллитерациями. На этом пока все и засохло, но вы понимаете, как невероятно трудно тут что-нибудь пробить? - И, наверное, едва ли имело смысл объяснять, что о Ноллекенсе написана одна из замечательнейших биографий на английском языке? - Нет, конечно. - Да, вам приходится работать среди ужасных людей. Вы мужественный человек, Джефри. Я бы такого не вынес. - Господи помилуй, Эмброуз, зачем же вы сюда пришли? - Пришел просто проведать вас. - Ну да, все приходят проведать, только при этом рассчитывают устроиться к нам на работу. Так что уж лучше вам сразу и подать заявление. - Нет, нет. - Смотрите, как бы вам не пришлось пожалеть. Мы все ругаем нашего старого министра, но у нас уже немало приличных людей, и мы что ни день проталкиваем новых. Смотрите, пожалеете. - Я вообще ничего не хочу делать. Я считаю всю эту войну безумием. - Ну так напишите для нас книгу. Я издаю очень милую серию "За что мы сражаемся" и уже подрядил адмирала в отставке, англиканского викария, безработного докера, стряпчего-негра с Золотого Берега и врача-ушника с Харли-стрит. Сперва-то я думал просто о сборнике статей на общую тему, но потом пришлось несколько расширить первоначальный замысел. Дело в том, что у авторов оказались до того различные взгляды, что это повело бы к путанице. Но мы отлично могли бы всунуть вас в серию. "Я всегда считал войну безумием". Вот и еще одна точка зрения. - Но ведь я и сейчас считаю войну безумием. - Да, да, - произнес Бентли, и его внезапный порыв угас. - Я понимаю. Дверь открылась, и в комнату вошел серенький педантичный человечек. |
