Контейнер уже вывели на более низкую орбиту. Я стоял возле шлюза, помогая Райли надеть скафандр. Пристегнув шлем, хлопнул его по плечу.

– Маячок теперь встроенный, но постарайся в этот раз не теряться.

Он поднял руку в знак согласия и запустил закрытие внутренних створок.

Когда я дошел до общего зала, Райли уже включил ранец и быстро удалялся от корабля.

– Скорость сбросил успешно, нахожусь рядом с контейнером, готов к переброске, – доложил он через несколько минут. – Запускайте видео с дрона.

Выбрав наиболее удачный ракурс, с которого хорошо был виден как сам модуль, так и каменистая посадочная площадка, я запустил трансляцию на скафандр Райли. Через несколько секунд на площадке возник наш контейнер.

– В точку! – произнес я в микрофон. – Теперь зонд Мелиссы. Даю видео из зала с «искрами».

Несколько минут ничего не происходило. Райли тоже молчал. Я уже начал беспокоиться, когда возле одной из светящихся полусфер появился треножник зонда.

– В «здания» нелегко проникнуть. – Райли тяжело дышал, как будто только что выжал штангу. – Они как будто отталкивают разрыв в сторону.

– Тогда существ касаться не будем? Возвращаешься?

– Нет, – усмехнулся Райли, – все равно дезинфекцию проходить. Давай попробуем.

Прошла минута. Другая. Третья…

Резкая боль впилась мне в виски, в глазах потемнело, и, не чувствуя ног, я мешком рухнул на пол.

Глава 5

Свет. Если подумать, с него и началась наша Вселенная. Ни звезд, ни планет, только рвущееся из небытия пространство, пронизанное испепеляюще ярким светом. До сих пор эхо первых тысячелетий звучит в каждой точке Вселенной, наполняя ее своей энергией. Свет абсолютен, тьма относительна. Но должно было появиться слово, чтобы назвать свет светом и отделить его от тьмы. Должен был возникнуть наблюдатель, чтобы из облака вероятностей квантовой пены выделить привычные нам простые цепочки причин и следствий.

Выплыв из беспамятства, я открыл глаза. Резкий свет плафона отозвался в голове затухающей болью, и я сел, чтобы от него избавиться.

– Что с тобой? – спросил знакомый голос, и мой взгляд сфокусировался на встревоженном лице Ольги. – Очередной приступ?

– Не знаю… – Я провел под носом рукой и посмотрел на ладонь. Крови не было. – Вряд ли. Что с Райли?

– Нормально все с ним… – Ольга бросила растерянный взгляд на информационный экран. – Возвращается.

– Он смог коснуться колонии существ?

– Да, Мелисса даже что-то говорила про реакцию. Но я побежала к тебе и все прослушала.

– Ладно, посмотрю в записи, – сказал я, вставая.

Собравшиеся вокруг люди начали потихоньку расходиться.

– Может, сначала в медблок? – без особой надежды предложила Ольга.

– Конечно в медблок, и без всяких «может», – не терпящим возражений тоном заявил возникший непонятно откуда Акихиро.

Пришлось идти обследоваться.

Приборы нашли повышенный уровень кортизола в крови, артериальное давление слегка выше нормы и необычную электроактивность мозга. В целом же оценили мое состояние как удовлетворительное.

– Признаков начинавшегося или подавленного распада нет, – резюмировал Акихиро. – Думаю, можно списать обморок на накопившуюся усталость и повышенный уровень стресса. Со сном в последнее время были проблемы?

Я усмехнулся.

– После того как удавалось добраться до кровати, проблем не было.

– Серьезнее нужно относиться к своему здоровью, Артем, – покачал головой Акихиро.