– Ага. – Я тоже не двинулся с места.

Больше полугода не виделись, лишь переписывались, созванивались. Иногда ругались по поводу того, что живем в разных городах, но только сейчас я понял, какая пропасть пролегла между Ольгой и мной за, казалось бы, недолгое время. Мы стали чужими.

– Чай-кофе, или спать пойдешь с дороги? – Ольга зашевелилась, вставая.

– Давай чай, – изменил я своему кофейному пристрастию.

Когда на кухне Ольга, встав ко мне спиной, зашумела водой и застучала чашками, я снова ощутил неловкость от затянувшейся тишины. Словно почувствовав это, она на минутку развернулась ко мне лицом и спокойно, глядя в глаза, сказала:

– Я знаю, что в космос не попала из-за тебя.

– Ух ты, – неприятно удивился я.

Об этой истории я уже успел забыть, столько всего потом случилось. И вот так неожиданно, почти год спустя…

– Просветили добрые люди, ага. – Ольга протянула мне чай. – Приехал бы раньше – огреб бы. А сейчас уже и не знаю. Что делать-то будем, Тём? Семью изображать, или признаем, что она у нас не удалась, и разбежимся каждый по своим углам? Вроде как по отдельности у нас получается даже лучше, чем вместе.

Я прислонился к косяку и отхлебнул чая. Вкусный. Но жаль, что не кофе.

– Вот так, Оль, с порога? – спросил я.

– А чего тянуть? – беззлобно взглянула она на меня.

– Может, получится вернуть все назад. Мы еще даже не попробовали.

– Чего, Тёма? Мы попробовали, но у тебя приоритеты другие: двигатель, космос. И знаешь, я поняла, что и у меня они другие. Мне интересно делать то, чем я занимаюсь, и я не хочу подстраиваться ни под твой график, ни под твои желания. Ты заметил, за последние полгода ни у одного из нас не возникло желания приехать к другому? Это о многом говорит.

Я пожал плечами. И еще раз, более энергично.

– Знаешь, наверное, сейчас я должен сказать, что все понял, и свалить в гостиницу. Но не буду. Что бы ты ни думала, я соскучился по тебе. По этому дому, в котором есть ты. Так что к конструктивному диалогу и каким-то важным решениям я буду готов после, не сейчас. Подари мне возвращение домой, пожалуйста.

Сделав шаг к столу, я поставил чашку и привлек Ольгу к себе. Она не сопротивлялась, обняла меня. Я даже сквозь футболку чувствовал у себя на груди ее теплое дыхание.

Развод мы оформили через полторы недели. Еще раньше я перебрался на старую квартиру. Внезапно в моем распоряжении оказалось много свободного пространства и времени. Но придумать, что делать со всем этим богатством, я не успел: нужно было возвращаться в Москву. К тому же из Летной академии написали о зачислении на заочное обучение. Так что мосты я жег без всяких сожалений. Квартиру вернул институту, в котором последние месяцы только числился. Вещи упаковал в контейнер и сложил на хранение. Заберу их, когда пойму, где буду жить дальше.

Покидать Новосибирск было грустно. Здесь я впервые осознал себя по-настоящему. Это место укрепило мою мечту о космосе, придало ей смысл, познакомив с людьми и дав мне в руки инструменты, благодаря которым стало возможным мечту превратить в реальность.

Прощаясь, я печально смотрел на остающийся внизу, под крылом самолета, город. Почему-то казалось, что больше я сюда уже не вернусь.

Глава 6

– Никогда не думал, что полечу по космосу на велосипедном колесе, – хмыкнул Макс, прилаживая шлем.

С привычными космическими кораблями наша конструкция, действительно, имела мало общего. Даже в «Звездных войнах» не помню ничего похожего, хотя уж там-то художники отрывались вовсю. Ребята из группы Антона взяли за основу компоновку проектируемого межзвездника, но собрали ее из решетчатых ферм. Поэтому шасси для летных испытаний прыжкового двигателя напоминало то ли свернутую в кольцо линию высоковольтных передач, то ли сделанную из конструктора модель колеса.