– Что ты здесь делаешь? – спросил Берн внезапно охрипшим голосом. Его пальцы впивались в талию Кристабель, как стальные крючья.

– Меня пригласил лорд Стокли, и Уолтера, конечно. – Брюнетка потянула за рукав мужчину, стоящего поблизости. – Иди сюда, дорогой. Я хочу тебя кое с кем познакомить.

Кристабель вдруг стало трудно дышать. Эта Анна могла быть кем угодно, но только не одной из множества любовниц Берна. Иначе почему так дрожит его рука и срывается голос, тогда как все прочие женщины, включая Кристабель, не вызывают у него никаких заметных эмоций?

По лицу пожилого джентльмена, повернувшегося к ним, можно было смело заключить, что он предпочел бы сейчас дремать у камина, а не стоять в комнате, полной гостей.

– А? Что?

– Уолтер, позволь представить тебе старого друга… нашей семьи. Мистер Гэвин Берн. Мистер Берн, это мой муж лорд Кингсли.

Какой то мускул дрогнул на щеке Гэвина, когда он кивнул джентльмену:

– Лорд Кингсли. Вы заехали далеко от дома. Вы ведь из Дублина, верно?

– Да, из Дублина. – Лорд Кингсли поднес к глазам лорнет. – Разве мы знакомы?

– Нет. – Гэвин быстро взглянул на леди Кингсли и добавил голосом, полным скрытой иронии: – Но я много слышал о вас.

Слегка покраснев, женщина поспешно заговорила:

– Мистер Берн – владелец клуба «Синий лебедь» в Лондоне, дорогой. При таком роде занятий ему просто необходимо знать всех наиболее важных людей Англии и Ирландии.

– Действительно. – Лорд Кингсли бросил на Берна высокомерный взгляд. – Немного странно, что Стокли приглашает сюда таких людей, но, вероятно, это необходимо. В конце концов, здесь собираются, чтобы играть.

–Да. – Кажется, Берну удалось наконец то овладеть своими эмоциями. – Стокли любит удивлять своих гостей. – Он взглянул поверх плеча лорда Кингсли. – Кстати, вот и он.

Стокли расплылся в улыбке:

–А, Берн, я вижу, ты уже познакомился с лордом Кингсли и его женой.

– Да, – ответила леди Кингсли, с интересом взглянув на Кристабель, – но нас еще не представили его спутнице.

Пока Стокли их знакомил, Кристабель старалась не обращать внимания на застывшее лицо Берна. И на удивительную красоту леди Кингсли. И на элегантность ее манер. И на непринужденность в общении. Виконтесса словно соединяла в себе все, чего никогда не удастся добиться Кристабель.

И еще она старалась не рассмеяться над неожиданной метаморфозой, происшедшей с лордом Кингсли, когда он услышал, что говорит с маркизой. Он с подобострастием стал рассыпаться в комплиментах бормотать что то о чести, оказанной ему подобным знакомством, и преувеличенно восхищался туалетом Кристабель. Леди Кингсли явно страдала, наблюдая за всем этим, а Берн стоял как вкопанный.

Стокли, похоже, находил эту сцену очень забавной.

– Чудесный парень, не правда ли? – говорил он, снисходительно похлопывая по плечу лорда Кингсли. – Мы познакомились в прошлом году в Йорке, за игрой. Леди Кингсли обожает вист, и, разумеется, я не мог не пригласить ее с мужем на наше сборище. Свежая кровь нам не помешает. Так, Берн?

– Зависит от того, сколько этой новой крови ты собираешься пролить, – саркастически заметил Берн.

– Берн, ты несправедлив ко мне! – воскликнул Стокли с шутливой укоризной. – Леди Кингсли вполне может постоять за себя, вот увидишь. А кроме того, она, несомненно, украсит наше общество. – Он недобро улыбнулся: – Она очень забавно рассказывает о своей жизни в Лондоне незадолго до замужества.