Дариан замер, погружаясь в эту картину. Его суровое лицо смягчилось, а холодные глаза потеплели. Но это длилось лишь мгновение. Осознав, что поддался эмоциям, он тряхнул головой.

«Сентиментальность – слабость, которую я не могу себе позволить», – подумал он, вновь становясь тем непоколебимым лидером, которого все знали.

Он развернулся и направился к палатке. Ее массивный полог колыхался на ветру, словно приглашая внутрь. Войдя, Дариан опустился на походную кровать и закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на предстоящем сражении. Его тело требовало отдыха, но разум продолжал работать, анализируя возможные исходы завтрашнего дня. Ночь обещала быть бессонной.

Когда первые лучи рассвета коснулись земли, армия уже была готова. Воины в доспехах стояли ровными рядами, на их лицах читалась решимость. На горизонте заря окрасила небо в розовато-золотистые тона, словно благословляя на битву. Во главе армии стояли семь генералов. Среди них выделялся Лиф: его золотые глаза блестели, излучая уверенность. Его мускулистая фигура выделялась даже среди опытных командиров. Воздух вокруг него был наполнен энергией и ожиданием. Сощурив глаза, он увидел, как на горизонте появилась армия врага, что шла им прямо навстречу.

Воины Норфлэра напряглись. Их тела начали преображаться. Аурилии и сильванти, словно по волшебству, приняли боевые обличья. Кожа некоторых покрылась бронированными чешуйками, будто выкованными огнем. Другие вытянули когти, превратив их в острые клинки. Глаза загорелись ярким светом, как звезды, готовые испепелить врага. Мощные мускулы вздулись, а из спин у некоторых начали вырастать шипы, сверкающие в свете восходящего солнца. Оружие в их руках источало силу. Древние мечи, копья и секиры пульсировали энергией, отзываясь на эмоции хозяев. Воздух наполнился напряжением, густым, как туман перед бурей. Каждый воин ждал сигнала. Но чувства, владевшие ими, были разными.

Многие стиснули зубы, пытаясь побороть страх, сковывающий их холодом. Их сердца колотились так сильно, что казалось, вот-вот выпрыгнут из груди. Другие горели нетерпением. Их глаза блестели азартом, а движения были порывистыми, будто они уже видели себя героями. Они жаждали крови и славы, не думая о последствиях.

Лишь Лиф стоял неподвижно. Его золотые глаза потухли. Он словно уже видел конец пути. Его пальцы крепко сжимали рукоять меча, а когти на руках стали намного длиннее, но в глазах не было ни страха, ни азарта. Только холодное осознание. Он понимал, что это безумие. Бой – не просто столкновение армий, а последняя попытка спасти то немногое, что осталось от Норфлэра. Но какой ценой? Сколько жизней будет потеряно? Ради чего? Ради власти? Гордости? Истории, которую потомки будут рассказывать, как предупреждение?

Лиф закрыл глаза, пытаясь заглушить хаос мыслей. Перед ним пронеслись картины прошлого: величественный Норфлэр, астрилии, которых он считал монстрами, лица друзей, матери и братьев. Все они теперь были частью его жизни, каждый из них играл свою роль.

Когда он открыл глаза, взгляд стал тверже. Отступать поздно. Битва неизбежна. Каждый шаг будет стоить крови. Но если это должно закончиться здесь и сейчас, он сделает все ради тех, кто верит в лучшее будущее.

Впереди раздался громкий рев. Земля задрожала под шагами воинов Сейрана. Их золотые доспехи сверкали на солнце, магия создавала ореол силы.

Лиф вдохнул и поднял меч. Его голос прозвучал над полем:

– За Норфлэр! За будущее, которое мы еще можем спасти!

Его слова разнеслись среди воинов, как ветер, проникающий во все уголки души. Даже те, кто еще недавно дрожал от страха, подняли головы, словно их позвала сама судьба. Их взгляды, полные решимости или отчаяния, были устремлены вперед. Воины Норфлэра ощущали, как земля дрожит под их ногами. Это была не дрожь от шагов армии противника – это был рокот самой природы, предупреждающий о надвигающейся буре.