– За наш город! За нашу землю!

Его слова стали триггером. Семь генералов атаковали врага. Лиф двигался с удивительной скоростью. Его золотые глаза блестели, как раскаленное железо, а когти сверкали при каждом взмахе. Он прыгнул на мага Сейрана, но тот поднял защитный барьер. Удар Лифа отрикошетил, вызвав волну энергии. Однако Лиф быстро восстановился и атаковал снова, используя щупальца-языки, чтобы обездвижить врага.

Хеллвар, величественное создание, наблюдал за битвой с высоты. Он спокойно держал поводья. Но когда один из генералов попытался атаковать его, Хеллвар усмехнулся. Подняв руку, он произнес заклинание, и из земли вырвался столб огня. Генерал закричал, его тело скорчилось в пламени. Через мгновение он исчез, растворившись в воздухе. Хеллвар остался неподвижен.

– Ваша сила бесполезна, – сказал он холодно. – Вы обречены.

Но Дариан не сдавался. С рыком он бросился вперед, его меч стал шире и ярче. Когда он достиг Хеллвара, их взгляды встретились. Воздух между ними заискрился.

– Ты ошибаешься, – прошипел Дариан, занося меч для удара.

Хеллвар улыбнулся холодной, почти змеиной улыбкой. Он поднял руку и произнес короткое заклинание. Вспышка света озарила поле битвы, как молния, разрывающая небо. Свет был не просто ярким – он пульсировал, словно сердце древнего чудовища. Воины Сейрана, вдохновленные этим сигналом, усилили атаки. Они использовали магию щедро, словно ее запасы были безграничны. Их движения стали стремительными, а удары точными. Каждый взмах рук превращался в поток энергии, сметающий все на своем пути.

Норфлэрцы вели себя иначе. Их стиль боя напоминал дикую ярость зверей, а не тактику обученных воинов. Сильванти с острыми когтями и клыками пытались прорваться через строй врагов, используя силу и хитрость. Аурилии с длинными языками-щупальцами ловили противников на расстоянии, но атаки часто оказывались недостаточно быстрыми. Сильванти, последние защитники тонущего корабля, выглядели хаотично, а взгляды их были полны отчаяния. Казалось, они сражаются не за победу, а за право продолжать существовать. Лиф стоял в центре этого кошмара. Его золотые глаза метались от одной части битвы к другой. Он видел, как один из его товарищей – аурилия с массивными искусственными рогами – был сражен мощным потоком магии. Тело взлетело в воздух и рухнуло на землю, оставив глубокий кратер. Неподалеку сильванти в чешуйчатой броне, уже покрытой трещинами, пытался удержаться на ногах. Его подкосило заклинание, превратив землю под ним в липкую грязь. Он исчез, не успев вскрикнуть.

Битва превращалась в ад. Земля была усеяна телами, а воздух наполнился криками боли и ярости. Магия Сейрана создавала причудливые картины: вихри пламени, пожирающие все на своем пути, потоки воды, превращающиеся в ледяные копья, и тени, оживающие и нападающие на норфлэрцев.

Несмотря на отвагу, норфлэрцы начали сдавать позиции. Их последним шансом стали ловушки. Обвалы каменных глыб останавливали продвижение войск Сейрана, ямы с металлическими штыками скрывались под землей. Но даже эти хитрости не могли переломить ход сражения.

Лиф заметил, что Хеллвар спокойно наблюдает за происходящим. Его уверенность была почти осязаемой. Лиф почувствовал ярость. Он не мог позволить Сейрана одержать победу.

Собрав последние силы, Лиф бросился вперед, используя скорость и ловкость. Он прыгнул на одного из магов Сейрана, готовящегося к новому заклинанию. Когти вонзились в плечо врага, но тот рассмеялся. Магия обожгла Лифа, заставляя отступить. Выхватив кинжал, он сделал выпад, целясь в горло. Но маг оказался быстрее. Он поднял руку, и Лифа отбросило назад.

Падая, Лиф услышал голос Дариана:

– Мы не проиграем! Норфлэр никогда не падет!

Эти слова вдохнули в воинов новую силу. Они снова бросились в атаку, но было уже поздно.