|
.. но в глазах его было все то же непонимание. Потом он шагнул раза два — и тихо сел на стул, лицом к Марианне. — Алексей, — сказала она ему, — все открылось; Маркелова схватили крестьяне, которых он пытался поднять; он сидит арестованным в городе, так же как и тот купец, с которым ты обедал; вероятно, и за нами скоро приедет полиция. А Паклин отправился к Сипягину. — Зачем? — прошептал едва слышно Нежданов. Но глаза его просветлели — лицо приняло обычное выражение. Хмель мгновенно соскочил с него. — А затем, чтобы попытаться, не заступится ли он... Нежданов выпрямился... — За нас? — Нет; за Маркелова. Он хотел было просить и за нас... да я не позволила. Хорошо я сделала, Алексей? — Хорошо ли? — промолвил Нежданов и, не поднимаясь со стула, протянул к ней руки. — Хорошо ли? — повторил он и, приблизив ее к себе и прижавшись лицом к ее стану, внезапно залился слезами. — Что с тобой? Что с тобой? — воскликнула Марианна. — Как в тот раз, когда он пал перед ней на колени, замирая и задыхаясь от внезапно нахлынувшей страсти, она и теперь положила обе свои руки на его трепетавшую голову. Но что она теперь чувствовала — было уже совсем не то, что тогда. Тогда она отдавалась ему — она покорялась — и только ждала, что он ей скажет. Теперь она жалела его — и только думала о том, как бы его успокоить. — Что с тобой? — повторила она. — Зачем ты плачешь? Неужели оттого, что пришел домой в немного... странном виде? Быть не может! Или тебе жаль Маркелова — и страшно за меня, за себя? Или наших надежд тебе жаль? Не ожидал же ты, что все пойдет как по маслу! Нежданов вдруг приподнял голову. — Нет, Марианна, — проговорил он, как бы оборвав свои рыдания, — не страшно мне ни за тебя, ни за себя... А точно... мне жаль... — Кого? — Тебя, Марианна! Мне жаль, что ты соединила свою судьбу с человеком, который этого не стоит. — Почему так? — А хоть бы потому, что этот человек в такую минуту может плакать! — Это не ты плачешь; плачут твои нервы. — Мои нервы и я — все едино! Ну послушай, Марианна, посмотри мне в глаза: неужели ты можешь мне теперь сказать, что не раскаиваешься... — В чем? — В том, что ты ушла со мною? — Нет! — И ты пойдешь со мною дальше? Всюду? — Да! — Да? Марианна. |
