— Но вас сразу сказал пускать. Проходите.

Гостя нашего Пушкарева я знал. Встречались не так давно. Генерал Платов, из внутренней безопасности, «кат», если по простому. Все такой же мощный, как рестлер, с импозантной сединой в волосах. Костюм действительно штатский. И весьма дорогой — мне ли не знать.

А еще понимал, что генерал из управы в гражданском — это неофициальный визит. Зачем? Сам скажет, даже гадать не буду. Голова пустая, как кастрюля.

— Целые? — поинтересовался Пушкарёв, когда мы поздоровались с ним и с Платовым.

— Пара царапин, ничего серьезного, — отмахнулся я.

— Если бы не Михаил, я бы погибла, — выдала вдруг Воронина.

Ну вот опять. Признаться, было спокойнее, когда она меня шпыняла и постоянно язвила. Хотя — так-то права. Не отправься я с ней, она бы даже до административного корпуса не добежала.

— Очень хорошо, — непривычно спокойный начальник просто кивнул. — Молодцы, хорошая работа.

Признаться, я ожидал чего-то вроде: «Как же меня достало, что мои опера влезают в дерьмо, которое я должен расхлебывать». И еще «едрить» обязательно в середине каждого предложения. Не иначе визит генерала его таким сделал.

Так и оказалось. Молча заслушав наш довольно короткий доклад и выводы — аристо, уборщица, какой-то мутный полковник из ИСИНа — Пушкарев лишь посмотрел на Платова и еще раз кивнул. А потом произнес.

— У Григория Антоновича есть для нас предложение. Для всех нас.

И повел рукой, передавая слово все это время молчавшему гостю.

Платов улыбнулся, как мне показалось, довольно. И начал с главного.

— Дело у вас заберут. В управлении уже говорят об этом, решение примут либо сегодня вечером, либо завтра с утра, — здесь он сделал небольшую паузу, и добавил. — Или не заберут. Если я вмешаюсь.

Глава 15

«С козырей зашел! — я подавил лезущую на лицо хмурую улыбку. — Красава, что тут скажешь!»

Платов и в первую нашу встречу произвел впечатление умного и жёсткого собеседника. Который обладает достаточной силой и весом в системе, чтобы переломить любого оппонента через колено. Но действовать, при этом, предпочитал тоньше. К примеру, в тот раз он меня только прощупывал, даже не пытался надавить. А сегодня вот пришел с аргументами, от которых так просто не отмашешься.

Оставлю вам дело, а! Каково! Будто знал про каждого из нас столько, чтобы озвучить то единственное, на что мы купимся. Ну, разве что кроме Пушкарева — тот сидел с таким кислым выражением лица, словно бы уже знал всё. Ну или многое. Не чаи же они тут гоняли, нас дожидаясь.

Пока Аника, судя по напряженному выражению лица, обдумывала, как реагировать на слова генерала, я решил расслабиться и просто послушать. Чего с вопросами лезть — он ведь сам пришел.

Так что просто подтянул к себе поднос с графином и стаканами, налил в один из них воды, и откинувшись на спинку довольно удобного кресла, вытянул под гудящие от сегодняшней беготни ноги.

— Что конкретно вы предлагаете, Григорий Антонович? — спокойно произнес я, выдув половину стакана. — Только попроще, а то мы с капитаном Ворониной сейчас очень туго соображаем. Укатали сивок крутые горки.

И выдал самую что ни на есть салонную улыбочку. Мол, простолюдинов будешь за нос водить, лисяра! А со мной этот номер не пройдет.

Отметил, как у Пушкарева глаза на лоб полезли. И Воронина щекой дернула. С их точки зрения мой тон не очень подходил для общения с вышестоящим звездоносным начальством. Ну, извините! Старший сын князя по-другому просто не может. Как говорил дон Румата в моей любимой книжке: «С высоты моего происхождения не видно никакой разницы даже между королем и вами».