– Это не интересно. Это ужасно, – отрывисто возражаю я.

– Я понимаю, – Даин снимает верх своей формы и протягивает ее мне. – Я знал, во что ввязываюсь, когда согласился пойти с тобой.

Мои ребра напрягаются, но я киваю.

– Будь осторожен, – я добавляю его верхнюю часть в стопку, и он направляется к Ксейдену, который уже движется, чтобы перехватить его на полпути.

– Пальта! – кричит жрица, и ее голос эхом отражается от камня. Стражники одобрительно шумят, когда второй близнец шагает вперед, кровь уже капает с его кончиков пальцев.

Я перевожу взгляд на оставшуюся воительницу, Марлис, но, к счастью, на ее сложенных руках нет порезов.

– Скажи мне, ты сама выбрала этот путь? – Жрица переводит свой взгляд на меня.

– Моя мать… – начинаю я, но потом вспоминаю, как Даин пытался вытащить меня из квадранта, и поворачиваюсь лицом вперед, когда они с Ксейденом подходят к своим противникам, чтобы договориться об оружии. – Я выбрала свою жизнь.

– Ах, тогда хорошо, что мы не завершили твое посвящение.

– Моё что ? – что за наркотики дают в здешних храмах?

– Но разве ты не жаждешь храма? Обычно прикосновение вызывает такую тоску, что ты не можешь не вернуться. Или, возможно, ты теперь предпочитаешь другого бога, – она смотрит на Тэйрна, не обращая внимания на мою вспышку, а затем ее взгляд переходит на Ксейдена. – Я все еще вижу нас среди твоих возможных путей, если ты решишь выбрать его. Данн примет тебя. Еще не поздно выбрать Ее.

Я поднимаю брови на женщину.

– Я выбираю его , – говорит ли она о Ксейдене или о Тэйрне, мой ответ будет одинаковым.

– Ах, – она вертит кинжал в своей скрюченной руке, а капли дождя продолжают падать. – Да будет так. Наша богиня учит, что, хотя битвы могут выигрывать сильнейшие воины, они также могут быть проиграны слабейшими. И то, и другое должно пройти испытание сегодня.

В предплечье вспыхивает боль, и через секунду она поднимает кинжал, по отточенному острию которого стекает свежая кровь.

Моя кровь. Похоже, я все-таки смогу сразиться.

При такой слабой окраске растительности неудивительно, что для окрашивания даже самой простой одежды требуется в четыре раза больше индиго. Я не могу не задаться вопросом, цвета нашего континента являются исключением или же все-таки цвета островов.

– Второй лейтенант Ашер Дакстон. Уннбриэль: Остров Данн

 Глава 32

Кровь стекает по верхней части левого предплечья и капает с кончиков пальцев. У меня будет шрам, такой же, как тот, который Тайнан сделал мне во время Молотьбы. Я стискиваю зубы от боли и поднимаю взгляд.

– Она столкнется с Марлис! – кричит жрица, и солдаты позади нас ликуют.

Ксейден оборачивается в мою сторону, и в его глазах вспыхивает нечто, слишком похожее на ужас, чтобы его можно было успокоить, после чего он возвращается к оружию, о котором они договариваются.

Марлис выходит на площадь, разворачивая свои мускулистые руки. Кровь льется с ее руки, забрызгивая камни. Она двигается так, словно привыкла к весу тяжелых доспехов, и заправляет короткие пряди льняных волос за уши.

Три бойца. Они всегда так и планировали.

– Нечестно! – золотистый гнев струится по узам и вливается в мои вены, нагревая кожу.

– Твой гнев ей не поможет. Контролируй себя, – требует Тэйрн.

– Нет! – Аарик тянется ко мне, и я впихиваю ему в руки верхнюю одежду Даина и Ксейдена.

– Да, – я быстро снимаю свою, чтобы освободить руки, и добавляю ее к стопке Аарика, оставляя себя в доспехах и нижней рубашке. Это почти облегчение в удушающей жаре. – Не позволяй ему двигаться, – говорю я Кэт.