|
У меня сводит желудок. Это неправильно. Что-то не так. Я упустила какую-то деталь, которую не должна была упускать.
Ее улыбка становится ярче, и Фарис обнимает ее за плечи.
– Ты хорошо справилась, любовь моя, – он целует ее в щеку.
Я перевожу взгляд на Миру, и ее бровь поднимается. Она откидывает руку на стол, и мое сердце начинает колотиться. С нами играют. Талия знала, что Ксейден придет, а значит, знал и Фарис… и он более проницателен в своем подходе к проверке нас.
У них четверых, как ни странно, нет вилок.
Что-то в торте.
Ксейден тянется за вилкой, и мои пальцы впиваются в его колено. Он переводит взгляд на меня, и между его бровей появляются две морщинки.
Я качаю головой, затем выхватываю вилку из рук Аарика.
Кэт роняет столовое серебро, и оно со звоном падает на тарелку.
– На вкус как дома, – говорит Гаррик, поднося ко рту очередной кусочек.
О Амари , он уже съел треть.
– Остановись! – мое сердце бьется слишком сильно.
Гаррик делает паузу, затем кладет вилку на тарелку.
– Он сказал, что мы можем начинать… – он моргает, потом пошатывается. – Я чувствую… я чувствую… – время словно замедляется, когда его глаза закрываются, и он падает на стол.
– Гаррик! – кричит Ксейден, отталкиваясь от стола, когда Аарик делает выпад и ловит голову Гаррика прежде, чем она успевает удариться о поверхность.
Взгляд Аарика дико мечется к Ксейдену.
– Он не дышит!
Экзамен на гражданство для желающих проживать в Хедотисе напоминает мне вступительный экзамен в квадрант писцов, но наш тест призван определить, насколько многому научился потенциальный кадет, а их – как бы доказать, насколько многому он не научился.
Капитан Ашер Сорренгейл. Хедотис: Остров Хедеона
Глава 36
Стулья скрипят по каменному полу, когда Мира, Кэт и я встаем.
– Возвращайтесь! – кричу я по связи, и паника обхватывает мое сердце своими остроносыми руками и сжимает его.
– Уже в пути, – отвечает Тэйрн.
– А Шрадх…
– Разъярен, но, насколько я могу судить, не страдает от потери своего всадника.
– Он только что поджег часть леса, – добавляет Андарна.
– Риорсон, он не… – начинает повторять Аарик.
– Я услышал тебя в первый раз, – Ксейден обхватывает Гаррика за плечи и стаскивает его с кресла, затем укладывает на пол и опускается на колени рядом с ним.
– Что ты туда положил? – спрашиваю я Фариса, огибая стол.
Его улыбка меняется с игривой на жестокую, но он не отвечает.
– Позови Трегера! – приказывает Мира, и я слышу, как за моей спиной открывается и закрывается дверь.
Ксейден прижимает ухо к груди Гаррика.
– Вяло, но бьется.
– Нам нужно, чтобы он дышал… – начинает Аарик. – Он синий, черт возьми.
– Ну я в курсе, – Ксейден зажимает нос Гаррика, затем закрывает своим ртом его и выдыхает.
Грудь Гаррика вздымается.
Я опускаюсь на пятки и встаю, обнаружив, что Талия смотрит на Гаррика полными ужаса глазами.
– Что было в торте? – спрашиваю я.
Она вздрагивает.
– Ничего, – она нахмуривает брови, глядя на кусок Гаррика, потом тянется за своим. – Это просто…
– Не для тебя, моя дорогая, – Фарис берет ее тарелку, затем морщится, наклоняет голову и проводит рукой по животу.
– Что ты сделал? – Талия отталкивается назад так быстро, что ее стул врезается в стену позади нее, оставляя след на нетронутой поверхности.
– Я проверил их, как ты и просила, – говорит он ей с любящей улыбкой. |