Андарна двигается слева от меня, когда мы подходим к ним, наполняя связь смесью опасения и волнения.

– Я ожидал бы более теплого приветствия от зеленого, – говорит Леотан Ри, а затем обращает свой золотой взгляд на меня.

– Спасибо, – неловко говорю я, поворачивая шею, чтобы посмотреть на него. – Ты спас всех в этой провинции.

– Я сделал это не ради вас, – говорит он, глядя на Андарну.

– Сурово, – шепчет Ри.

– Я благодарю, – отвечает Андарна, высоко подняв голову.

– Твой человек так опасен, как мы и боялись, – он изучает ее, наклонив голову, и мой желудок опускается. Что бы он ни увидел, это лишь подтверждает причины, по которым они вообще отказались от Андарны.

– Она защищает свой народ, – отвечает Андарна, разминая когтями мокрую от дождя траву. По крайней мере, погода ослабла до моросящего дождя. – И наш.

– Как и ты, – г олос Леотана смягчается. – Я наблюдал за вами с момента своего прибытия.

И никто не знал. Тэйрн ощетинивается, а мое горло сжимается.

– И что же ты видел? – Андарна вскидывает хвост. – Какой приговор ты вынес?

Ее язвительный тон, конечно, не помогает, как и рычание, раздающееся в горле Сгаэль.

Ирид сужает глаза.

– Твое поведение отвратительно, а твои действия ошибочны…

– Она – честь для нашего отряда, – шипит Сгаэль.

– Как мы и надеялись, – он поворачивает голову в сторону Сгаэль, и Тэйрн становится на ударную позицию. – Но не в том смысле, который мы ценим.

Ри подходит ближе ко мне.

– Ни в чем из этого она не виновата, – вмешиваюсь я, и он смотрит в мою сторону. – Вы сами настроили ее на то, что считаете неудачей, когда оставили ее здесь, чтобы она воспитывалась Эмпиреем.

– Ты действительно хочешь накричать на огромного неизвестного дракона? – шепчет Ри.

– Хочу, – отвечаю я, глядя прямо на него. – С ней все в порядке. Мы никогда не сможем отблагодарить тебя за то, что ты сделал сегодня ночью, восстановив наши чары, но если ты пришел только для того, чтобы указать на все ее недостатки, то приветствие Фэйге покажется тебе более теплым, чем мое.

Он наклоняет голову, затем отстраняется меня и переводит взгляд на Андарну.

– Твои мотивы благородны, – говорит он. – Именно это я и собирался сказать, пока меня не прервала синяя.

– Сгаэль, – поправляет его Андарна, и ее тон становится мягче, чем прежде.

– Сгаэль, – повторяет он, а затем сосредоточивается на Андарне. – Нас разделяет множество поколений, но у нас одна кровная линия. В отличие от тех, с кем ты столкнулась, кто принадлежит к более отдаленной линии, мы из одного логова, или были бы, если бы ты росла среди нас.

Он – ее семья. Мое сердце сжимается.

– Твой человек может остаться, – отвечает он Андарне. – Остальные не могут участвовать в нашей беседе.

Мои брови поднимаются.

– Я не оставлю их без защиты, – когти Тэйрна сгибаются рядом с Ри.

– Ты считаешь, что они нуждаются в защите, поэтому мои слова предназначены только для них, – Леотан не сводит глаз с Андарны. – Я предложу только один раз.

Андарна напрягается, потом мотает головой в сторону Тэйрна и Сгаэль.

– Я должна его услышать.

Сгаэль вздрагивает, а Ри вскидывает руки, чтобы закрыть уши.

Тэйрн рычит, и я тянусь к связи, но нас отгораживает щит покрепче его. Леотан.

Это странно похоже на действие сыворотки, которой нас пичкали во время КВВ. Каждая моя частичка бунтует против разрыва связи, но я обязана остаться с Андарной.

– Мы начнем, как только они уйдут, – обещает Леотан.