– Мы начнем, как только они уйдут, – обещает Леотан.

– Он отрезал нас от вас, – говорю я Ри, а затем поднимаю взгляд на Тэйрна. – Со мной все будет в порядке.

Сгаэль оскаливает зубы, затем резко поворачивается к храму, к Ксейдену.

– Ты уверена? – спрашивает Ри, тревожно вскидывая брови.

– Уверена, – я сглатываю растущий ком в горле. – Я не стану причиной, по которой она не сможет его выслушать.

Ри выглядит так, будто собирается спорить, но потом кивает.

– Мы не уйдем далеко, – она следует за Сгаэль, а Тэйрн предупреждающе рычит на Леотана, прежде чем повернуться.

Хвост Андарны изгибается над моей головой.

– Мне не нравится, что о тебе судят по недостаткам других, – заявляет Леотан, опуская голову на уровень глаз Андарны. – Даже темному колдуну, кажется, ты… нравишься.

В моей груди вспыхивает надежда, сжигая ожидаемые оскорбления, и чешуя Андарны рябит всеми оттенками черного.

– Тебе должен быть дан шанс узнать наши пути, – продолжает он. – Выбрать наши пути.

– Ты останешься и будешь учить меня? – спрашивает она

– Ты вернешься домой вместе со мной, – отвечает он, не сводя с нее взгляда. – Могут пройти годы, но остальные смирятся с моим решением. К тому времени ты узнаешь достаточно, чтобы понять свою истину.

Годы? Мой желудок подпрыгивает прямо в горло.

– Мы не можем улететь на несколько лет, – в словах Андарны сквозит печаль.

– Ты можешь , – возражает он.

– Одна ? – она замирает.

О боги. Мой позвоночник напрягается, и ужас, с которым я никогда раньше не сталкивалась, сковывает мои мышцы. Он хочет разлучить нас.

– Я спас человека, о котором ты заботишься, восстановив чары, – заявляет он, словно проверяя, что может помешать ее уходу. – Под крылом твоего наставника она будет в безопасности от всех, кроме своих сородичей.

– Я не могу ее оставить! – Андарна откидывает голову назад.

Сердце бьётся с опасной быстротой.

– Ты должна. Это не предназначалось ни тебе, ни кому-либо из нашего рода. Посмотри, что произошло сегодня ночью. Если бы я не вмешался, тебя бы уже не стало, – его чешуя мерцает, приобретая перламутровый блеск. – Для тебя здесь нет ничего, кроме войны и страданий.

И меня. И Тэйрна. И Сгаэль. Мне требуется все мое самообладание, чтобы не закричать, не испортить этот момент для Андарны.

– Я связана, – хвост Андарны опускается, изгибаясь вокруг меня. – Наши жизни, наши умы, сама энергия, которая нас формирует, переплетена.

Точно. Именно так. Я киваю.

– Так покончим с этим, – он наклоняет голову, и чешуйки над его глазами сходятся в одну линию. – Связь – это всего лишь магические узы. Ты – ирид. Ты и есть сама магия. Сгибай ее, придавай ей форму, ломай ее, как считаешь нужным.

Подождите. Что?

– Я не могу, – хвост Андарны мечется из стороны в сторону.

Мне становится тяжело дышать, голова начинает плыть.

– И все же ты уже делала это, – он смотрит на меня сверху вниз. – Кто связал тебя первым?

Это не может быть реальностью. Может, я сплю. Или во сне Ксейдена. Хотя мы определенно попали на территорию кошмаров.

– Они выбрали меня в один и тот же день.

Он раздраженно вздыхает, и от меня исходит пар.

– Кто заговорил с тобой первым?

Мой взгляд меняется, и я возвращаюсь мыслями к Молотьбе.

Отойди, Серебристая. Голос Тэйрна прорывается в моей памяти.

– Тэйрн, – шепчу я, поворачиваясь лицом к Андарне. Я вбираю в себя все: узор ее чешуи, наклон носа, угол наклона глаз, вплоть до вихрей на рогах, совпадающих с его рогами.