– Нет, это мне нужна ты , – он приближает свое лицо к моему, и в глубине его глаз мелькает слишком много эмоций, чтобы их перечислить.

– Я твоя, – шепчу я, поднимая руку к его шее, прямо над меткой. Его пульс бьется под моими пальцами, так же быстро и сильно, как и мой.

– Был час, когда я не был уверен в этом, – его пальцы скользят к моему затылку, а затем он отстраняется, отступая на два драгоценных шага, которые кажутся милями, и холодный воздух врывается вместо него, охлаждая мои разгоряченные щеки. – Сгаэль даже не сказал мне. Шрадх сказал Гаррику, – он качает головой. – Я был не просто зол, Вайолет. Я был в ужасе .

Измученное выражение его лица заставляет меня сглотнуть, и я наклоняюсь вперед, чтобы ухватиться за край стола.

– Это тот же выбор, который сделал бы ты – выбор, который сделали мы, и я в порядке.

– Я знаю это! – его голос повышается, и тени не просто вздрагивают, они убегают.

Ну, это другое дело.

Он проводит рукой по лицу и глубоко дышит.

– Я знаю это, – повторяет он, на этот раз мягче. – Но мысль о том, что ты там, за чарами, противостоишь атаке вэйнителей, вызвала во мне нечто, чего я никогда раньше не чувствовал. Это было жарче, чем ярость, острее, чем страх, и глубже, чем беспомощность, и все потому, что я не мог добраться до тебя.

Мои губы раздвигаются, и в груди зарождается боль. Ненавижу, когда он проходит через это.

– В тот момент я готов был убить все и всех, лишь бы добраться до тебя. Без исключений. Я бы направил все силы под ноги, не задумываясь, если бы это привело меня к тебе.

– Ты бы никогда не стал убивать гражданских, – отвечаю я со стопроцентной уверенностью.

Он делает еще один шаг назад.

– Если бы я был там, за пределами чар, я бы высушил всю землю до основания, чтобы обеспечить твою безопасность.

– Ксейден… – шепчу я, слова не даются мне.

– Я прекрасно знаю, что ты можешь справиться самостоятельно, – он кивает и снова отступает. – И если рассуждать логически, я уважаю твой выбор. Черт, я горжусь твоим решением спасти семью Марен. Но что-то сломалось между этим местом, – он постукивает себя по голове, – и этим, – он повторяет движение над сердцем. – И я не могу это контролировать. Тебе приказано найти род Андарны, а мне – отправиться на фронт, и я даже не могу доверять себе настолько, чтобы прикоснуться к тебе.

– Ты только что делал это, – мои пальцы скребут шершавое дерево, и я смещаю свой вес, борясь с эгоистичной потребностью сократить расстояние между нами, вспоминая отпечатки больших пальцев на моем изголовье. Может, ему и кажется, что он спускается вниз по спирали безумия, но он только что продемонстрировал полный контроль.

– И тебе этого достаточно? – его взгляд нагревается, блуждая по моему телу. – Одни поцелуи. Без рук. Полностью одетые. Это то, что ты хочешь от меня впредь?

Какой сложный вопрос, особенно когда мое тело все еще гудит от желания. Но все инстинкты подсказывают мне, что нужно действовать осторожно.

– Я хочу все, что ты можешь дать, Ксейден.

– Нет, – его бровь со шрамом поднимается, когда он медленно идет обратно ко мне. – Ты забываешь, что я знаю твое тело так же хорошо, как свое собственное, Ви, – его большой палец проводит по моим губам. – Твой рот опух, лицо покраснело, а глаза… – он проводит языком по нижней губе. – Они затуманены и скорее зеленые, чем голубые. У тебя учащенный пульс, и то, как ты постоянно смещаешь вес, говорит мне о том, что если бы я снял с тебя эти штаны прямо сейчас, то обнаружил бы, что ты более чем готова ко мне.