– С обоими, – отвечает Ксейден. – Я не хочу быть для тебя двумя разными людьми. С кем-то другим? Запросто. Только не с тобой. Ты застряла со мной во всех ипостасях, и все они вполне способны сохранить твое доверие. Я буду использовать герцогство Тиррендора, чтобы защитить тебя, а не тебя – чтобы защитить Тиррендор.

– Я уже сказала тебе, что буду рада защитить твой дом, – моя рука сжимает ткань его куртки. – Она владела молнией, – шепчу я, и он хмурит брови. – Ксейден, я думаю, мы ошибаемся. Я не уверена, что они ограничены малой магией. Возможно… у них тоже есть печати.

– Я тебе верю, – он даже не вздрагивает. – Что еще ты упустила в отчете?

•••

В течение следующей недели наши профессора демонстрируют, насколько им удается сделать так, чтобы все в Басгиате казалось почти рутиной, как будто мы не находимся в центре войны. Физика, КВВ – с новым профессором, поскольку Грейди занят организацией поискового отряда и изучением мест, куда можно отправиться, – математика и магия. Все занятия возобновились, кроме одного: истории.

Похоже, мы все еще ждем прибытия курсантов Сигнисена, прежде чем приступить к этому.

Если бы третьекурсники не отсутствовали половину времени, укомплектовывая посты в Средней полосе, могло бы показаться, что мы и не улетали, если бы не тот факт, что к нам присоединились летуны. Когда прибудут летуны Сигнисена, в общежитиях будет почти максимальное количество народу, и я понимаю, как много драконов перестало связываться за последнее столетие.

– Это пришло в Трейфелз вчера вечером, – говорит Имоджен, подавляя зевок и протягивая мне сложенное, запечатанное письмо, когда мы встречаемся на мосту в квадрант целителей. Не могу ее винить – она всю ночь просидела на центральном посту.

Рассвет еле пробивается сквозь окна, но магические огни дают более чем достаточно света, чтобы разобрать ее имя как адресата.

– Не думаю, что это предназначено для меня, – мои брови поднимаются, когда я читаю имя отправителя. – Тем более от Гаррика.

– Правильно, потому что Гаррик пишет мне , – она закатывает глаза и расправляет плечи, прежде чем открыть дверь в туннель. – Все знают, что Аэтос прочтет все, где есть твое имя.

Я срываю печать и улыбаюсь почерку Ксейдена, но улыбка быстро исчезает.

Ви,

Прошлой ночью мы сражались в Ферване, вызванные нападением на мирных жителей. С глубочайшим сожалением я откладываю свое возвращение в пользу отдыха. Я был на грани выгорания, но спасенные нами жизни стоили того, и Гаррик сообщил целителям, что я буду у себя в комнате, восстанавливаясь, до дальнейших распоряжений. Льюэллин выступает в качестве доверенного лица на случай, если Сенариум назначит какие-либо экстренные совещания.

За пределами чар все хуже, чем мы предполагали, но у меня есть решение, как предотвратить будущие выгорания. Мне кажется или моя подушка пахнет тобой?

Твой,

Кс.

Мои шаги замедляются по мере того, как мы спускаемся по туннелю, ужас сжимает горло, и я останавливаюсь на вершине лестницы, ведущей в камеру для допросов, и засовываю письмо в нагрудный карман своей униформы.

– Он сорвался.

Имоджен напрягается.

– Он так сказал?

Я качаю головой.

– Он был осторожен в формулировках, но я уверена. У него нет другой причины запираться в своей комнате, чтобы восстановиться после почти полного выгорания, если только он не ждет, пока его глаза вернутся к своему нормальному цвету.

– Черт, – она начинает спускаться по ступенькам, и я следую за ней. – Нам нужно вытащить его с границы.

– Я знаю. И мне нужно найти лекарство.

– Ты уверена, что именно так хочешь это сделать? – Имоджен подавляет очередной зевок.