– Примерно через неделю, – отвечаю я кивком, пока Имоджен идет рядом со мной. Наше время почти истекло, но есть еще один вопрос, который я должна задать. – Почему я? – добавляю я. –Наверняка они предложили тебе такое же вознаграждение. Так почему же ты отвечаешь на мои вопросы, а не на их?

Он сужает глаза.

– Ты кричала, чтобы Риорсон спас тебя, когда они заперли тебя здесь и ломали тебе кости?

– Прости? – кровь отходит от моего лица. Он не просто так спросил меня об этом.

Джек наклоняется вперед.

– Ты плакала по Риорсону, когда тебя привязали к стулу и смотрели, как твоя кровь заполняет щели между камнями, направляясь в канализацию? Я спрашиваю только потому, что, клянусь, я чувствую это, когда лежу на полу, – вся твоя боль поет мне колыбельную.

Я вздрагиваю.

– Вот, – улыбка Джека становится острее и холодеет от тошнотворного возбуждения. – Именно поэтому я решил ответить на твои вопросы, чтобы нам обоим было приятно осознавать, что я все еще могу порезать тебя и мне даже не нужно поднимать лезвие.

Я вдыхаю запах, который преследует меня в кошмарах, и оглядываю камеру, наполовину ожидая понять, что все это было галлюцинацией и я все еще заперта в кресле, наполовину ожидая увидеть Лиама, но все, что я нахожу, – это высушенные серые камни, лишенные всякой магии.

– Неужели ты думаешь, что это единственная комната, где я испытывала мучения? Боль для меня не в новинку, Джек. Она мой старый друг, с которым я провожу большую часть своих дней, так что я не возражаю, если она тебе поет. Честно говоря, это даже не похоже на ту же самую комнату из-за того, что ты сделал. Для меня это немного однотонно, – Я отхожу в сторону. – Имоджен, я готова идти.

– А что мешает мне рассказать твоему любимому писцу, что ты кормишь врага? – улыбка Джека расширяется.

– Трудно говорить о том, чего не помнишь, – Имоджен делает шаг к нему, и его ухмылка сползает.

Через четыре минуты мы поднимаемся по лестнице и обнаруживаем Рианнон, Ридока и Сойера, ожидающих нас в туннеле.

– Ради всего святого, неужели вы четверо ничего не можете сделать сами? – бормочет Имоджен.

После провала на трех экзаменах Есиния Нейлварт была снята с пути адепта и лишена всех обязанностей и священных привилегий, начиная с 15 января. В знак протеста я передаю ее командование профессору Грейди по его слишком властной просьбе.

– Официальные записи: полковник Льюис Маркем, квадрант писцов, комендант

 Глава 13

– Что? – Рианнон пожимает плечами и отталкивается от стены. – Мы не стали стоять рядом, пока Вайолет играла в инквизитора. Мы уважаем границы.

– У вас вообще есть границы друг с другом? – Имоджен бросает взгляд на всех троих. – Если вы все идете с ней, то я освобождаю себя от того, что, я уверена, будет увлекательным путешествием в Архив. Увидимся на построении, – она отдает Ри шуточный салют и направляется налево, в сторону квадранта.

– Он сказал, что мы можем быть окружены вэйнителями и даже не подозревать об этом, – говорю я им.

– Это очень утешает, – отвечает Сойер.

– Ты хорошо выглядишь, – добавляю я, отмечая, как раскраснелись его щеки, пока он балансирует на своих костылях. –Свежая стрижка? Чисто выбрит?

– Такое впечатление, что он встал пораньше и подготовился к визиту, – поддразнивает Ридок, пока мы движемся по туннелю, держа Сойера в центре внимания.

– Заткнись, – Сойер качает головой. – Я встал рано, пытаясь приладить к ноге ужасный кусок дерева, потому что это единственное свободное время у резчика по дереву. Я начинаю думать, что мне стоит сделать что-нибудь самому.