Идти к мосту нельзя, кто-то может ее увидеть, ведь люди черпают воду из озера. Она оглянулась, убедилась, что никто не обращает на нее внимание и нырнула в лес, на тропинку, ведущую к разрушенной церкви.

Глава 16. Наши дни.

К тому времени, как Ника с Кириллом вышли к озеру, солнце спряталось, и пейзаж сразу стал серым и унылым, без малейшего намека на ветерок или дырочку в облаках хотя бы для крохотного солнечного лучика.

«Бедная графиня», — подумала Ника, оглядываясь по сторонам. Наверное она чувствовала тоску сидя на уединенном острове в такую погоду. Вот точно не надо никаких титулов и денег!

В усадьбе было тихо, постояльцы разбрелись по своим местам и лишь изредка откуда-то доносился звук нажимаемых на клавиатуре клавиш. Трое оставшихся гостей строчили свои нетленки. Лишь Ника с Кириллом занимались совершенно другими делами. Еще вчера девушка не переживала бы, ведь они наоборот живут полной жизнью, а не проводят теплые дни, уткнувшись в экран. Но сегодня она никак не могла согреться. Одна часть ее кричала, что все это розыгрыш, другая — что завтра она может расстаться с жизнью.

Молодые люди специально не предупредили хозяев, что хотят взять лодку, решили, что потом как-нибудь отговорятся. Главное, чтобы на лодочном сарае не было замка. Так оно и оказалось, вот только лодки в сарае тоже не было. Разочарованные, они решили осмотреться вокруг, раз есть лодочный сарай, значит и лодка должна быть!

Прогуливаясь вдоль озера они всегда шли по дорожке налево. Неудивительно, ведь направо никаких тропинок не вело, там был дикий, заросший кустами и деревьями берег, где густой камыш не оставлял пространства между водой и лесом. Туда они и направились, оказалось, что и пройти между кустов не сложно, и тропинка имеется, узенькая, хорошо скрытая травой. Никто уже не сомневался, что и лодка отыщется. И действительно, лежит в камышах там, где не видна усадьба, и весла на месте, и цепь привязана к кусту без замков.

С воды потянулись полосы тумана. В тишине и остров казался тихим и таинственным, словно решил хранить от чужаков тайны своих былых владельцев. Даже птицы молчали.

Ника, знала, что всему виной ее воображение, но ей так ясно представлялись маленькие пташки, наблюдающие за двумя людьми в лодке глазками-бусинками.

Кирилл взял в руки весла, посетовав, что греб не больше двух раз в своей жизни, и то в далеком детстве. Но расстояние было небольшим, вода спокойной, а главное — обитатели усадьбы не увидели бы их за островом.

Все складывалось прекрасно, но тишина нервировала, когда Кирилл привязал лодку и помог Нике сойти на берег.

По мере того как они продвигались вглубь острова, девушка искала следы недавних посещений, но земля усеяна старыми листьями и сломанными ветками, заросла сорняками, если и были следы, здесь их не разглядишь. Кому тут быть посреди ночи? Воображение просто сыграло злую шутку.

— Что такое юр?

— Давай посмотрим в интернете. Открытое, обычно возвышенное место, отовсюду видное, не защищённое от ветров или бойкое, открытое место, где всегда собирается, толпится много народу.

— И какая баба может там стоять? Бойкое место, где народ — это рынок. Баба что-то там продает.

— Выращивает, сама ест и кормит людей.

— Логично, но что за баба и где ее искать? Непонятно. А если на открытом, возвышенном месте, не защищенном от ветров, то что это? Холм? И где тут холмы? Скорее все-таки рынок.

Пару раз Ника чуть не упала, поскользнувшись на старых листьях, они были влажными то ли от росы, то ли от ночных туманов, мошки роились маленькими облачками и пару раз больно укусили в шею, пришлось махать руками, словно крыльями мельницы.

Скользкими оказались и ступени, еще не до конца разрушенные. После многих лет забвения корни проросли сквозь камень, выталкивали плиты и разрывали стены.