— Может, лучше позвонить в полицию?

— И что сказать? Что потомок графского бастарда, или как это называлось до революции, спустя сто пятьдесят лет решил зачем-то поубивать народ? Нас отправят к психиатру.

Ника снова открыла страничку в соцсети. Руки задрожали, когда она увидела сообщение от удаленного пользователя.

«Светит луна и ночь полна теней. Следующий шаг — твой, но кто станет жертвой?»

— Кирилл, он точно собирается убить Татьяну! Смотри! Надо звонить в полицию!

— Над нами посмеются.

— Но что делать?

— Ждать. Ничего не случится до вечера.

Они без аппетита поели, обмениваясь только просьбами передать соль или подать хлеб. Потом вышли из непривычно тихого дома. У озера Кирилл сказал:

— Я не вижу смысла.

— Смысла в чем?

— В убийствах. Зачем он убил двух человек? И зачем ему убивать Татьяну?

— Они все слишком много знают.

— Знают что?

— Ну… что он потомок.

— И что из того, что он потомок?

Ника развела руками. — Что он маньяк-убийца. Убил двух человек.

— Дела закрыты, смерти признаны несчастным случаем. Кто станет его подозревать? И он не маньяк, в убийствах есть цель, хотя он и обставил их как игру. У него просто извращенный ум.

Ника вздохнула. — Тогда и я не понимаю.

— Когда пишешь детектив, то есть обязательно правило. Правило триады. Собственно, как и настоящем расследовании.

— Что это?

— Это мотив, средство и возможность. В нашем случае убийца имел возможность избавиться от Аделины и Михаила Васильевича. Леон несколько раз приезжал в усадьбу, вполне мог познакомиться в городе с Аделиной, даже роман завести. И мог знать краеведа, если он вел какие-то поиски, то Михаила Васильевича не обошел бы. Возможность тоже есть. Толкнуть ничего не подозревающую женщину в холодильник и захлопнуть дверь не сложно, накормить краеведа арахисовым кексом тоже. Купил в пекарне в серафимовске, сейчас много частных пекарен. Но мотив? Ника, у нас нет мотива!

— Предъявить права на усадьбу.

— Какие права? Даже если он подаст в суд и потребует наследство, то не докажет родство, даже сто лет назад не доказали.

— Не знаю… — Ника опустила голову. Я не понимаю, зачем он это делает…

* * *

Время тянулось медленно. Первой приехала Татьяна, через некоторое время спустилась на ужин; она с аппетитом ела утиную ножку с пюре, охотно отвечала на вопросы Ники и Кирилла. Нет, никуда она больше не собирается, и вообще так устала, что сразу после ужина собирается спать. Какой странный вопрос, она всегда запирает на ночь двери своей комнаты!

— Вы что, играете в детективов? Не думаю, что страшный маньяк со страниц моих книг таится в лесу и ждет ночи, чтобы напасть на меня.

— Как вы придумали мотивацию маньяка? Ну, про игру с жизнью и смертью?

— Как всегда. Обычная мотивация неуравновешенного человека, который мнит себя пупом земли.

— То есть вам никто об этом не рассказывал?

— Детка, у меня нет знакомых маньяков, — рассмеялась писательница.

— А совесть не мучает? — Хотела спросить Ника. — Нормально подслушивать и воровать чужие истории? — Но, конечно, не спросила.

* * *

Павел и Леон не появились до темноты. Павел, скорее всего, решил заночевать в Серафимовске, а вот Леон мог быть где угодно.

— Ты давно дружишь с Леоном? И не подозревал, что он может оказаться убийцей?

— Он не слишком хороший человек, но я бы никогда не подумал… Знаешь…в школе я был неловким и стеснительным.