— Неужели вы убили ее потому, что она не отгадала загадку?

— Конечно, нет. За это не убивают, ведь так? Я зашел за ней в тот вечер, мы собирались поужинать. Она проверила магазин, прежде, чем закрыть его, когда она зашла в холодильник, я закрыл дверь. В шутку, просто в шутку. А потом подумал — как все интересно складывается! Она не отгадала загадку про лед и оказалась во льду. И я… Я просто ушел.

— А Михаил Васильевич?

— Он помогал мне в исследованиях. Я послал ему загадку, был уверен, что разгадает. А он тупил. А потом за обедом ты сказала, что он приготовил для тебя какую-то информацию. Я не мог рисковать. Потом я вспомнил, что у него аллергия на арахис, он так часто говорил, что обожает выпечку, но не все может есть! Как интересно совпало, правда? Я попросил Лизу испечь арахисовые кексы на арахисовом масле. Ты не пришла тогда на полдник, и даже не знала.

Ника вспомнила про кексы и чай которые принесла ей в тот вечер Лиза. Те же самые кексы…

— И вы заставили его съесть кекс?

— Заставил? Да он умял, даже не заметив. Любовь к выпечке до добра не доводит.

— А зачем вы послали загадки мне?

— Ну, раз ты по уши влезла в историю усадьбы, тебе и карты в руки.

— И что дальше?

— А дальше два пути. Помнишь последнюю загадку? Ты сделала свой ход. Так кто жертва?

— Надеюсь, не я? — Ника натянуто засмеялась.

— Это зависит…

— От чего?

— Готова ли ты помочь с поиском сокровища. Они были недостойны. Смешно, одна кровь и такая тупая баба. А ты показала, что способна на большее.

— И как мы будем делить сокровище?

— Делить? Дорогая, твоя доля- жизнь!

— Но я могу согласиться и потом убежать.

Теперь засмеялся Павел. Совсем не натянуто, а весело, словно услышал очень смешной анекдот. Голос даже повысился почти до визга, но снова вернулся в свою октаву.

— И всю жизнь будешь ходить, оглядываясь?

— Я пойду в полицию.

Он снова рассмеялся. — Тебе скажут, что дела закрыты, что это несчастные случаи. Ты вернешься домой с станешь пугаться каждого звонка в дверь и каждого сообщения на мобильный. Ты не будешь уверена, что вынося мусор не окажешься в мусорном баке. Ты не сможешь пройти одна по дорожке в парке. Ты будешь бояться каждого шороха, зная, что я рядом.

— Я… напишу в ваше издательство.

— Прекрасно. А я подам на тебя в суд. Дело закончится психиатрической экспертизой. Неуравновешенная поклонница… сама понимаешь. Ты не докажешь, что я связан с Леоновыми, это смешно.

— Вы больной.

— И что это меняет? Можешь придумать еще парочку оскорблений.

— Хорошо, предположим, я соглашусь. И вы ничем не рискуете, раз уверены, что я никуда не денусь. Что за сокровище вы ищите?

Павел хихикнул.

— Умная девочка. Боюсь, ты просто не там искала информацию. В монастыре, разграбленном моим, — он снова хихикнул высоким голосом, — предком находилась реликвия. Ее историческая ценность весьма велика, но меня интересует совсем не история. Он из чистого золота, украшен старинными драгоценными камнями… и он здесь, где-то здесь. Ждет меня. Два года я приезжаю сюда, два года я простукиваю каждый сантиметр этих стен и пола… Он здесь, его не успели забрать. Мой предок, Николай, управлял этим поместьем. Эта история передается из поколения в поколение, он не сгорел при пожаре, потом что в усадьбе его не было, потом времена изменились и стало не до сокровищ. И вот, наконец, пришло время.

— Крест?

— Откуда ты….