Проехав еще несколько ярдов, он снова начал читать объявление.

- Военный губернатор, надо же! – Линкольн задумчиво цокнул языком. – Нет уж, президент Блейн никогда не делает ничего наполовину. С таким титулом генерал Поуп имеет власть казнить и миловать, вот так!

Поуп не был в числе первых в списке людей, которым он доверил бы такую власть, но президент Блейн его мнения спросить не мог, не спросил бы, даже если бы мог.

- Но кто-то ведь должен приструнить мормонов, - заметила Джульетт Гамильтон, и в этом тоже заключалась правда – так что Линкольн более ничего не сказал.

Он мог бы отправиться на Темпл-сквер водиночку, но Гейб Гамильтон также хотел услышать, что скажет Поуп. Линкольн не думал, что площадь будет забита в большей степени, чем в то воскресенье, когда он посетил Табернакль, но вдруг обнаружил, что ошибался. И мормоны, и гои толпами валили по направлению к ней, чтобы послушать то, что провозгласит Джон Поуп.

Поуп был готов к любым неприятностям, которые могли причинить мормоны, что само по себе, скорее всего, и было лучшим способом удержать их от подобных попыток. Сам он стоял на одном из гранитных блоков, который когда-то должен был занять свое место в постройке мормонского Храма. Правда, люди на Храме на этот раз были вовсе не мормонские каменщики. Эти были одеты в синие мундиры и держали в руках «спрингфилды». Стрелки расположились также и на Табернакле. За спиной Поупа расположилось несколько полевых орудий, очевидно заряженных картечью, чьи дула были направлены на толпу. Перед ним было установлено одно из тех неизвестных устройств с бронзовым корпусом.

Гамильтон вынул из кармана жилетки свои часы и посмотрел на них. То ли часы Гамильтона отставали, то ли часы, которые использовал Поуп, спешили, но оставалось еще несколько минут до назначенного часа, когда военный губернатор Территории Юта поднял руки, призывая к молчанию. И он добился молчания быстрее и в более полной мере, чем это бы ему удалось сделать в каком-либо другом месте США: за исключением вопросов веры (по мнению Линкольна, слишком обширного их количества) мормоны были законопослушны.

-Сограждане, - зычным голосом начал Поуп, и пыльный ветерок разнес его слова по всей площади, - с моим здесь появлением правительство Соединенных Штатов возвращает контроль над Территорией Юта после незаконной и возмутительной попытки части руководства Церкви Иисуса Христа Святых последнего дня принудить правительство к уступкам в отношении их аморального вероучения с помощью создания препятствий на пути потоков людей и товаров, а также сообщений через континент. Ни одно правительство не пошло бы на уступки перед лицом угроз и запугивания со стороны этого так называемого руководства.

Обычно отделить мормонов от гоев по внешнему виду и платью было невозможно, однако сейчас линкольну не составляло особого труда определить, кто есть кто. Гои приветсосвали сказанное восторженными криками и махали шляпами, а некоторые – даже флагами, которыми они приветствовали солдат. Мормоны стояли молча, слушая, не шевелясь, словно превратились в камень.

- Сограждане, - продолжил Поуп, - мы находимся в состоянии войны с Конфедеративными Штатами, мы воюем с Англией и ее канадскими прихвостнями, мы воюем с Францией. В военное время лидеры мормонской церкви своими умышленными действиями оказали неприятелю помощь и поддержку тем, что блокировали железнодорожное сообщение и оборвали телеграфные линии. Помощь и поддержка неприятелю в военное время – это измена и ничто иное.

- О Боже, - прошептал Гейб Гамильтон. – Он хочет раздавить их.

- Именно это он и собирается сделать, - в ответ прошептал Линкольн.

- По приказу президента Блейна, - продолжал свою речь Поуп, - бывшее гражданское правительство Территории Юта распускается как таковое, что оказалось неспособным защитить положения Конституции США на окружающей территории. Юта, как территория в состоянии мятежа против Соединенных Штатов, теперь снова приведенная в подчинение военной мощью, - он указал рукой на стрелков и назад – на пушки, - отныне будет на положении оккупированной территории.