С согбенной спиною, делая шаткие шаркающие шажки, она подошла к столу и усадила свою куклу на плетеный стул. Потом вернулась, приняла предложенную Зедом морковь и долгим взглядом уставилась на овощ.

— Ты будешь ее есть? — не выдержала Елизавета.

Резким движением руки Мария отправила свое кукольное лицо на лоб.

2

Лицо Марии не было обезображено шрамами или ожогами. Она не страдала от страшного кожного заболевания. Вообще говоря, она была довольно красива для своих лет. Годы, разумеется, ее не пощадили, — а ей явно было за пятьдесят, выдубленная ветром кожа вся в сетке морщин из-за солнца, — но ее общим чертам многие женщины могли только завидовать. Вертикальные линии в углах рта были прорезаны особенно глубоко, что придавало ее нижней челюсти сходство с подвешенной на ниточку челюстью куклы-чревовещателя.

Она откусила кусок моркови, выставив напоказ зияющую дыру на месте одного из передних зубов. Потом долго жевала, близоруко щурясь в пространство, ничуть не обеспокоенная тем, что разглядывали ее пятеро незнакомцев. — кто с недоверием, а кто и со страхом.

Елизавета обвела взглядом остальных. Пита и Xесус держались дальней стены и тихо перего-варивались между собой. Роза застыла за спиной у Зеда, с опаской выглядывая из-за его ног.

— По-моему, у нее не все дома, — тихо заметил Зед.

— Тс-с! — шикнула Елизавета. — Она может тебя услышать.

— Ты думаешь, где-то на острове прячется школа с английским уклоном?

Елизавета оглянулась на Марию — женщина ничем не выказывала, что может понять их слова.

— Кто она такая, по-твоему? Дочь Солано?

Зед развел руками:

— Не иначе.

— Где тогда пара остальных, что мы видели на фото?

— Спроси у нее.

— Она опасна, — прошептала Пита. — Нужно хотя бы связать ее.

Зед скроил гримасу:

— Воображаешь, что тогда она разговорится?

— У нее нож!

— А у меня пистолет… — И затем, обернувшись к Елизавете: — Спроси.

Елизавета прочистила горло. Женщина оглянулась на нее.

— Привет, Мария, — сказала она.

— Привет, — повторила та до странности чистым голосом.

— Я Элиза.

— Меня зовут Мария.

— Я знаю, Мария. Ты живешь на этом острове?

— Да, — был ответ.

— Ты здесь совсем одна?

Молчание.

— Ты живешь здесь в одиночестве?

— Я не знаю.

— Не знаешь?

— Я же сказала: не знаю!

Елизавета оглянулась на Зеда. Тот строил гримасы, очевидно уловив основную идею сказанного.

— А она смешно говорит, — объявила Роза.

— Я смешно говорю, — подтвердила женщина.

Роза хихикнула.

Женщина улыбнулась.

— Меня зовут Роза, — представилась девочка.

— Меня зовут Мария. Папа выпустил меня сегодня из комнаты.

— Твой папа? — спросила Елизавета.

Мария вытянула вперед руку, сжимавшую огрызок моркови.

— Сегодня я накрасила ногти…

И правда, ее ногти были выкрашены в ярко-оранжевый цвет, хотя лак успел потрескаться. Красили их точно не сегодня; может, с неделю тому назад. Ноготь указательного пальца остался не выкрашен.

Елизавета спросила:

— Твой папа сейчас на острове, Мария?

— Он уплыл в город.

— Когда?

— Вчера.